— Ты сказал, что она видит будущее, значит, она… сможет сказать, доберется до меня Сэм или нет? — с дрожью в голосе спросила Оливия, а Крис положил руку на ее коленку.
— Что бы не происходило, мы этого не допустим, — пара переглянулась, и брюнетка опустила взгляд, сжав руку парня. — Агнесс способна видеть будущее, но она никогда не разглашает свои видения. Она может дать какие-то намеки, предостережения или советы, но она никогда не скажет, что будет на самом деле. Мы давно хотели с ней встретиться, и Адам множество раз пытался с ней связаться, когда мы уезжали из города по делам, но она отказывала и не принимала нас. Мы надеялись узнать причину, по которой тебя ищет Сэм, но до сегодняшнего дня нам приходилось только гадать… Я надеюсь, что Агнесс прольет свет на твою жизнь и ответит на все наши вопросы.
— Она… может нам что-нибудь сделать?
— Нет, конечно, нет. Она давно знакома с Адамом, и они приятели, если их можно так назвать, но в любом случае я буду рядом с тобой, так что тебе не стоит бояться.
— Спасибо, — прошептало Оливия, а Крис сжал ее руку и переплел пальцы, продолжая смотреть на дорогу.
Логово Агнесс или, скорее, пристанище, как сказал бы Адамом, находилось недалеко от города на севере в маленьком полуразрушенном поселке, больше напоминающем заброшенный район, как тот, в котором Оливия когда-то оказалась из-за своей невнимательности и поп приглашению Эдвина. Сюда невозможно было забрести простому человеку — дорога к местности лежала через лес, и надо бы сильно постараться, чтобы попасть на ту, которая вела именно к заброшенному и богом забытому города.
Когда пейзажи леса сменились старыми домами и пустыми улицами, Оливия практически прилипла к стеклу, внимательно осматривая каждое окно, дом или магазин, вышедший из фильма ужасов. За окном была темнота, а вдоль дороги практически отсутствовали фонари или любые другие светильники, от чего на душе становилось только страшнее. Здесь ничего не напоминало о жизни — одна пустота, пронизывающий улицы ветер и мертвая тишина.
Крис подъехал к небольшому двухэтажному дому и остановился, устремляя взгляд в занавешенное окно, сквозь которое проглядывал слабый свет. Оливия огромными испуганными глазами осмотрела место и повернулась к Крису, который тоже выглядел слегка взволнованным.
— Ничего не бойся, все будет хорошо, — пытался убедить вампир. Андерсон кивнула и, повернув голову, увидела машину Картера и стоящего рядом Адама. Оливия вздохнула и вышла, ощущая леденящий ветер и глухую тишину, которая буквально начала сдавливать ее со всех сторон.
— Ты общался с ней? — спросил Джексон.
— Да, она ждет нас и готова на разговор, — ответил Адам и перевёл взгляд на Андерсон. — Лив, не переживай, ты с нами, а это практически гарант, что с тобой ничего не случится.
— Главное — делай то, что она тебе скажет, но лучше придерживайся ребят. Отвечай просто и не задавай ей кучи вопросов, иначе все может закончиться очень… быстро, — добавила Миранда.
Собравшись с силами, компания поднялась по ступенькам и зашла в старый дом. Внутри он был совсем другим: темным, с кучей странных предметов, горящих свечей и фотографий. Оливия крепко держала Криса за руку и с интересом осматривалась по сторонам, изучая новое странное место. Адам шел впереди всех, сжимая в руке ткань ее платья с клинком, и заглядывал в комнаты, пытаясь отыскать свою старую знакомую.
Пройдя по коридору, они вышли в главную комнату, в центре которой стоял стол со свечами, странной деревянной миской с какими-то ветками, травами и украшениями. Стены комнаты были красными, будто залитыми кровью, а вдоль них стояли шкафчиками с разными коробочками, шкатулками и банками. Единственное, что освещало эту комнату помимо свечей — старая лампа под потолком с тусклой лампочкой и странными рисунками.
— Что это за место? — осматриваясь, шёпотом протянула Оливия.
— Добро пожаловать, — дверь в противоположной стене открылась, и Андерсон увидела женщину в черном платье с черными волосами и ужасно красными глазами. Она вышла в центр комнаты и, сложив руки на груди, хитро улыбнулась. Ее взгляд забегал по всем своим гостям и остановился на Андерсон, вызывая ухмылку на губах. В отличие от Адама и остальных она выглядела не такой молодой, скорее даже немного старой — на ее лице просматривались застывшие морщины и старые раны, которы, видимо, остались, как знак ее прошлой жизни. — Адам, рада тебя видеть. Ты, наконец, нашел повод встретиться?