— Хотел бы я знать, где они, — протянул Крис. Внезапно в его кармане завибрировал телефон, вызвавший встревоженный взгляд на лицах его друзей. Джексон посмотрел на экран и увидел входящий звонок от сестры. — Бекка, где вас носит? Я сказал Оливии, чтобы пришли ко мне до 6 часов, — начал вампир, пробегаясь взглядом по комнате.
— Крис, — ее голос был неприятно серьёзным, а пауза заставила вздрогнуть. — Тебе надо приехать. Это очень важно.
— Что произошло?
— Тебе лучше приехать и увидеть. Постарайся быстрее.
— Оливия с тобой?
— Да, с ней все хорошо. Она рядом со мной.
— Хорошо, мы скоро будем, — Джексон закатил глаза и, опустив телефон, посмотрел на Миранду с Адамом. — Нам надо кое-куда съездить. Бекка сказала, это срочно.
— Что у них такого могло произойти за пару часов? — сделав маленький глоток из бокала, спросила Смит.
Оливия стояла в стороне, у окна, пристально наблюдая за женщиной и своей подругой. После встречи на набережной, она будто зашила себе рот, потому что за весь прошедший час ее практически не было слышно. Ребекка сидела на диване и просверливала взглядом женщину, к которой испытывала настоящий ужас все прошедшие года. Она без оглядки бежала в новую жизнь, просто надеясь спастись от нее, а теперь они снова встретились, еще и оказались в одном доме.
— Ты не хочешь со мной поговорить? — решив нарушить тишину, спросила Эстер. Она налила себе в бокал вино и внимательно посмотрела на дочь. — Я ведь скучала по тебе все эти года.
— На мне о чем с тобой говорить. Ты — причина всех моих кошмаров и проблем. Ты хотя бы представляешь, сколько лет мне потребовалось, чтобы забыть то, что ты делала со мной все эти года? Я ведь… хотела умереть, потому что просто не знала, как дальше жить.
— Бекка, ты ведь знаешь, что я сделала это для тебя. Все, что я вообще делала, было только в твое благо.
— Ты пропадала по ночам, убивала людей, приводила в наш дом каких-то незнакомцев, а потом просто превратила меня в вампира, не задумавшись о том, как я буду со всем этим жить…
— Если бы ты не сбежала, тебе бы было проще. Я бы научила тебя охотиться, контролировать людей, просто жить, но ты выбрала бегство… почему? — Эстер сделала глоток и наклонила голову, всматриваясь в глаза дочери.
— Почему? Потому что жизнь с тобой стала кошмаром, мама! Ты убила отца, убила Криса и бросила его, будто он был тебе никем. Ты взяла меня и сбежала — это было подло и низко.
— Бекка, прости меня. Я раскаиваюсь…
— Ты думаешь, что эти слова заставят меня броситься к тебе в объятия?
— Крис, — тихо протянула Андерсон, посмотрев за окно и бросаясь ко входу.
Ребекка посмотрела на мать и резко вскочила со своего места, устремляясь за подругой. Пролетев через большую гостиную, девушка резко открыла дверь и, сделав шаг, крепко обняла Криса. Вампир растерялся и не сразу понял, что происходит. Адам посмотрел на друга и, подняв глаза, увидел женщину, внешний вид которой сразу дал понять, кто она. Джексон обнял сестру и, услышав звук, каблуков поднял глаза. В дверном проеме в центре гостиной стояла его мать — женщина, которую он возненавидел еще вначале своей новой мучительной жизни.
— Крис, — на вздохе сказала Эстер. — Мои дети…
— Как ты нашла ее? — опустив взгляд на лицо сестры, с холодом спросила вампир.
— Она нашла нас. Мы просто сидели на набережной, а потом появилась она.
— Оливия, — заметив стоящую в углу девушку, Крис быстро пошел внутрь, а его друзья вместе с сестрой медленно зашли в дом. Эстер внимательно следила за сыном и девушкой, о которой даже успела забыть. Парень обнял ее и, ощутив дрожь, повернулся к матери. Андерсон изо всех сил прижалась к нему и, уткнувшись в плечо, закрыла глаза.
— Познакомишься нас? — спросила Эстер.
— Что тебе нужно? — грубо спросил Крис. — Не притворяйся, что в тебе вдруг заиграли семейные материнские чувства. Я в это не поверю.
— Я вернулась, чтобы извиниться и сделать все, чтобы быть со своими детьми рядом. Я допустила огромное количество ошибок и хочу искупить свою вину, любой ценой.
— Любой ценой? Тогда проваливай туда, откуда пришла. Мы уже не те дети, которым нужна мать, особенно такая, как ты, — фыркнул Джексон. Оливия положила ладонь на щеку Криса и развернула к себе, заставляя отпустить эмоции и немного остыть.
— Прости меня… Прости за то, что я сделала с тобой, с твоим отцом, с нашей семьей. У меня были причины, и я просто не могла по-другому поступить, но я любила и люблю вас, — смотря то на дочь, то на сына, говорила Эстер. — Я хочу быть рядом со своими детьми.