— Мой отец сказал мне, что ты вышла на нее по приказу Сэмы. Ты охотилась за ней…
— Нет, Оливия, я бы никогда так не поступила с твоей мамой. Она была для меня подругой, единственное опорой, которая помогала мне выживать после потери… дочери и сына.
— Тогда что между вами случилось? В мамином досье есть показания после вашего исчезновения. Что произошло на самом деле? — спросила Андерсон, опустив взгляд на руку Криса и крепко ее сжав.
— Это Сэм. Я пыталась спасти твою маму, хотела вытянуть ее из этого круга, но он слишком сильно зацепился за нее. Сэмом двигала одержимость, возможно даже влюбленность или какая-то мания, потому что он хотел заполучить Клэр любой ценой. Мы с Дэниелом успели разработать план, как спасти ее, но Эдвин узнал об этом и рассказал Сэму, а тот организовал на меня аттику, угрожая убить и причинить вред моим детям. Я не боялась за себя, я боялась за Бекку и Криса, поэтому у меня не осталось выбора. Прости меня, Оливия, — на выдохе сказала Эстер и заметила в глазах брюнетки слезы. — Я правда хотела ей помочь.
— Ты знала, что Клэр была беременна? — спросил Крис.
— Конечно, знала. Она первая поделилась со мной жатой новостью. Я даже помню свою реакцию, — женщина слабо улыбнулась и опустила голову. — Я ей не поверила, потому что дети от такого союза была чем-то невероятным, скорее даже невозможным. Наш разговор в ту ночь напомнил мне о моей семьей, — Крис закатил глаза и встретился со взглядом матери. Она тихо вздохнула и перевела взгляд на дочку. — Я хотела спасти ее в знак памяти и остатков своей человечности, но Сэм все испортил.
— Если вы были такими подругами, почему ты не вернулась за ней? Не попыталась остановить их и сбить с пути? — с недоверием спросил Крис.
— Потому что на кону стояли ваши жизни. Я знала, что Сэм сдержит свое слово, и любое мое сближение с Клэр могло оказаться смертельным для вас с Ребеккой.
Внезапно в кармане Оливии зазвонил телефон. Сглотнув и опустив взгляд на экран, она увидела входящий звонок от отца. Андерсон переглянулась с Крисом и, встав, пошла в коридор, чтобы поговорить.
— Почему мы должны тебе поверить? — резко спросила Джексон. — Годы твоего бегства доказали, что ты не способна ни на какие чувства, что уж говорить о любви к нам.
— Крис, я не смогу тебе ничего доказать… Я здесь, и я вернулась, чтобы помочь вам, чтобы спасти эту девушку и изменить наши отношения. Ты ведь должен понимать, что годы жизни вампира в полном одиночестве — это наказание.
— Так это одиночество сподвигло тебя вернуться или материнские чувства? — спросила Ребекка. — Тебе стало скучно?
— Я знаю, что у меня уйдёт вечность, чтобы вернуть ваше доверие и заслужить прощение, но я клянусь, что я вернулась ради вас. Я хочу вам помочь, хочу вернуть свою семью…
— Скажи это отцу, которого ты убила…
— Ты так на него похож, Крис, — вздохнув, с грустной ухмылкой протянула Эстер. — Ты стал таким взрослым, таким красивым и сильным, что я до сих пор не могу поверить в то, что ты мой сын — тот маленький мальчик, который заставил меня познать настоящее чувство любви.
— Я не твой сын, и, видимо, никогда им не был, — съязвил Джексон.
Перекинувшись с отцом парой фраз и договорившись созвониться позже, Оливия посмотрела на экран телефон и собиралась пойти обратно, но ее внимание привлекла странная сумка на столе. Она тихо подошла к ней и увидела лежащий рядом телефон черного цвета, подозрительно напоминающий мобильник Картера. Оливия осмотрела его со всех сторон и случайно увидела лежащую за поворотом в коридоре куртку. Оглядевшись по сторонам, Андерсон сделала несколько неуверенных шагов вперед и подняла вещь с пола. От нее пахло ужасно знакомым одеколоном и, рассмотрев все мелкие детали и найдя в кармане ключи от машины, Андерсон в ужасе застыла.
Она испуганно начала смотреть по сторонам, пытаясь понять, что происходит, но вдруг из конца коридора раздался тяжелый всхлип и слабый стон. Оливия положила куртку обратно на пол и пошла вперед, замечая приоткрытую дверь с ключом в доске. Сквозь щель просматривалась спальня — большая кровать, на которой лежал темный силуэт. Это было рискованно, но Оливия толкнула дверь вперед и, заглянув внутрь, увидела лежащего в бессознательном состояние Картера. Он тяжело дышал, его одежда была в грязи, а на лице около губы виднелись остатки засохшей крови.