Голова вспотела и гудела. Волосы чесались из-за капелек пота, бегущих между. Нос, казалось, высох изнутри от пыли, летящей со стены.
– Чертов дом, поганый дом, вонючий дом… – злился, скрежеща зубами.
Пальцы скребли по старым доскам. Грязь забивалась под ноги и, кажется, еще пара заноз. «Только не гвоздь, только не гвоздь…» – сигналило где-то на заднем плане. Спина взмокла, будто он разминировал бомбу.
Наконец он нащупал нужную щель. Щель, которая росла. Он тянул край дерева, и щель росла. Внезапно из нее повеяло прохладой и свежестью. Женек рванул дверь на себя. И с некоторым недоверием уставился на сумеречное небо и темно-зеленую поляну сбоку от той странной пристройки. Лишь спустя пару-тройку секунд он взорвался радостью. И шагнул за порог.
В тот же миг в него влетело что-то черное. Резко и больно ударило в грудь. Он отшатнулся назад, не устоял и свалился на пол. Дверца медленно, с протяжным «мыау-у», затворилась.
Отдышавшись после удара, но, скорее, после испуга, Женя нащупал в сгущающейся черноте это что-то. Твердое, тяжелое, сухое… и деревянное. Он узнал дощечку, половинку ступеньки.
«Небо! Трава!» – вспомнил он и откинул ее. Вскочил на ноги, скоро отыскал краешек двери, откинул и прошмыгнул за порог.
На третьем шаге замер, забыв выдохнуть. Потому что понял, что ни неба, ни земли больше нет. Только возникшее вдруг головокружение и пружинящая опора под ногами.
Похлопав глазами и тихо выдохнув, Женек, едва не плача, зашарил взглядом по сторонам. Вокруг было непроницаемо темно. И только под ногами стоял бледный свет. Внизу. На первом этаже, сообразил он вдруг. И тут же признал подошвами ту самую доску, что лежала наискосок на двух балках.
– А почему не на крыше, а?! – вырвалось у него, готового рассмеяться. Прыснуть со смеху от отчаяния. – Почему я?! – крикнул следом горько.
Но тьма молчала. Ни эха, ни скрипа, ни шороха.
Как бы не хотел он играть по правилам этого дома, делать было нечего. Стоять на месте – глупо. Вернуться назад… А как? И зачем? В какой-то момент подумал – а если спрыгнуть?.. Упадет ли на пол? Или снова окажется, куда не собирался? Может, скатится по спирали в ту загадочную воронку.
Медленно переступая, Женя пошел по доске. Помнил, что другой конец упирался в лестницу. Перед глазами висела темнота, но края доски угадывались в тусклом свете, достающим снизу. Не отрывая от дерева, он шоркал одной ногой, затем второй. Доска при этом шаталась и слабо прогибалась, пружиня. И чувствовал он это всем телом, но не ушами.
Шаг, еще шаг. Отчего-то он не боялся. Ноги не дрожали, хотя и подгибались, когда доска в очередной раз кренилась на бок. Живот не сводило, и сердце не безумствовало. Билось ровно, отдаваясь в голове. И ладони… Нет, ладони все же взмокли. Кричать, плакать и звать на помощь не хотелось. А смысл? Под ногами доска, надо идти осторожно и не спеша, и она закончится.
Когда по поведению дерева понял, что миновал балку, возникло внезапное чувство – что-то летит на него. Что-то метнулось из темноты. Спину пронзила сотня ледяных игл. Он присел, вцепился руками в доску, чтобы не свалиться тут же. Пригнул голову, замер.
Ничего не случилось. Никто не напал, не скинул его. Не было и малейшего ветерка.
Женек медленно встал, готовый припасть к дереву в любой момент. Теперь ноги дрожали. Все еще полусогнутый опасливо огляделся. Это было бесполезно. Все, что угодно, могло скрываться в наседающей молчаливой тьме. Один щелчок – и он бы побежал, молясь не расшибиться при падении.
Минуты всматривался вокруг, застыв напряженно. Пока в какой-то момент с абсолютной ясностью не понял – он здесь один. Вмиг темнота стала пустой и голой. Он выпрямился, выдохнул. Невольно ощупал себя. Грудь, живот, лицо – мокрое. А может, это руки. И пошел дальше по гнущейся беззвучно и, казалось, бесконечной доске.
Через пять долгих шагов чувство повторилось. Так же внезапно и дико. Сердце сжалось, обдало волной холода. Но Женя пересилил себя. Застыл, сжав глаза. И вновь – минута прошла, но ничего не случилось. И он продолжил путь во тьме.
Вторая балка никак не появлялась. Он шел уже не слишком медленно, а доска в памяти не казалась такой длинной. В голове мелькнуло даже – а по доске ли он идет до сих пор. Повел ногой чуть в сторону: нащупал край, а дальше – пустота. Но где же балка? Через метр-полтора после нее – лестница.
Шаг, еще шаг. На следующем шаге его парализовало – он уже миновал балку! Прошел через нее, просто не заметил, пропустил. Сколько уже метров он прошел?.. Правая нога застыла в сантиметрах от… От доски ли? Или над пустотой?
В тот же миг закружилась голова, сердце ухнуло в живот, Женька повело влево. В одно мгновение им овладело чувство – он стоит на самом краю, дальше пропасть, бездна, нога не найдет доски, провалится.