Глава 3.
С утра пораньше я заехала на работу, чтобы взять с собой Машку и съездить на дачу. Что-то в этой ситуации с ключиком было. Мой дед маразмом не страдал. С чего бы оставлять такую зацепку? Лично я, не знаю, как дед Миша, восприняла ключ, как некую подсказку в деле об убийстве моего дедушки.
На работе все были в сборе, кроме Машки. Оказывается, она отпросилась у моего зама, так как ей нужно было сопровождать маму на обследование в больницу. Я расстроилась. Что за жизнь? Стаса привлекать не хотелось. Не хотелось услышать его насмешки над моими детективными способностями. Вот Машка сразу же меня поддержала бы. Она вообще девица с авантюрной ноткой. Ладно. Ничего страшного. Смотаюсь быстренько сама. Правда, скучновато тащиться 30 км в одиночестве.
Выехав на трассу, я включила радио. По Ретро FM разрывались Аль Бано и его бывшая жена Ромина. Всё про любовь. Да, так бывает! Бросил длинноногую блондинку и четверых детей, а может, она его бросила. Кто знает? Но ничего, гастролирует по-прежнему по всему миру. В раздумьях о мужской неверности, тем более последний мой парень также не был отягощён честностью и порядочностью, я доехала до Куличей. Это деревенька, можно сказать, вымирала. К нашей старой даче подъехать было невозможно. Пришлось оставить машину в начале деревни и минут двадцать топать пешком. Но я знала, куда еду, поэтому оделась правильно: джинсы, кроссовки, куртка. Какая же здесь красота! Птички поют, деревья шелестят листочками. Домики, почти все деревянные, были покрашены в яркие цвета. Весной все старушки прибирались в палисадниках, сажали незамысловатые цветочки. Они старались сохранить свою деревушку, но молодёжи оставалось всё меньше. Много было заброшенных домов. Люди заколачивали окна и уезжали в город. Старикам одним тяжело было жить, а люди молодого и среднего возраста покидали деревню из-за работы, вернее из-за её отсутствия. Были в деревушке несколько семей, которые занялись фермерством, но больших перспектив это дело не открывало. В общем, нетронутая красота природы настроила меня на лирический лад. Здесь прошло моё детство, часто все летние каникулы мы со Стасиком и деревенскими детьми бегали по холмам и лугам, купались в речке с необыкновенно красивыми песчаными берегами. Загорали, сколько хотели. Это теперь говорят, что солнце вредит здоровью, а тогда мы целыми днями находились у реки. После такого лета мы со Стасиком были похожи на негритят. На ногах и руках светлыми оставались только следы от царапин и порезов. Были живы папа и мама. Папа всегда переживал, когда мы прибегали с синяками и сбитыми коленками, а мама считала, что так мы познаём жизнь и закаляемся. Правда, зелёнкой нас мазали оба.