Он прав: в отличие от грозного, холодного взгляда Тони у Липа на лице лишь улыбка. Похоже, он находит эту ситуацию весьма забавной. Как всегда, в своем репертуаре. Я даже не могу на него злиться – какой в этом толк, если он все равно делает так, как сам того хочет? Может, эта часть какого-то плана? Надеюсь, не того самого, где я теряю терпение и все-таки отвешиваю ему оплеуху.
Рука Липа неожиданным образом находит мою. Я поднимаю взгляд.
«Расслабься уже», — говорят его глаза. Я с шумом выдыхаю.
— Держи, — Мэри протягивает мне кусок замороженного мяса, обернутого в полотенце, — приложи пока к носу. Оттек еще не спал, а не смотреть на тебя без слез я больше ни в силах.
— Спасибо.
Мэри продолжает мельтешить с приготовлением, и пока она старается разбавлять обстановку шутками, вытягивать слова из хмурого Тони и с неподдельным облегчением обсуждать что-то с Липом – любителем поговорить – я все так же молчу. В голове перекати-поле.
Да и разве может быть иначе? Я знаю каждого в этой комнате, но до сих пор не понимаю, как мы все в ней оказались. Мэри живет здесь – это логично, Тони её сводный брат, что тоже логично, но Лип… зачем он здесь? Из-за меня? Потому что теперь не собирается выпускать меня из виду, даже если мне понадобиться в туалет? Сильно в этом сомневаюсь. Его присутствие лишь усиливает неоднозначную бурю внутри меня, и придерживаться одного – либо желать, чтобы он ушел, либо радоваться, что он рядом – становится сложно.
Еще вчера я бы посчитала это глупым анекдотом. Заходят в бар четверо: девушка с неупокоенной душой внутри, парень, который однажды умер, подруга девушки, с которой они вроде как и не друзья, и её брат, который всем своим видом намекает на свою симпатию. Просто бред.
— Итак. — Мэри наконец усаживается за стол и укладывает подбородок на сцепленные в замок пальцы. Дым от её кружки тянется ввысь, наполняя пространство привкусом ягод и чего-то явного алкогольного. Похоже, все-таки подлила себе чего-то, пока никто не видел. — Я хочу услышать, что произошло. И не я одна, раз уж мы собрались для разговора.
Мне приходится проглотить ком в горле, чтобы начать говорить хоть что-нибудь.
— Это настолько неочевидно? — я усмехаюсь и красноречиво указываю на свое лицо. Мэри насупливается. — Да брось, все уже увидели итог и без деталей. Это не имеет никакого смысла.
— Заблуждаешься, Сэмми, сильно заблуждаешься. — Лип покачивает головой. — Учитывая, что когда я уходил ты была в полном порядке, мне непонятно, каким образом этот ублюдок проник в квартиру и что еще такого он сделал, за что мне самолично придется оторвать его голову. Хотя нет, слишком гуманно, нужно начать с ногтей. Инквизиция покажется ему курортом в сравнении с моими методами. Я богат на фантазию. Очень изощренную фантазию.
— В очередь, приятель, — отзывается Тони. — Я еще в прошлый раз обещал сломать этому ублюдку челюсть.
— Отлично. Значит, сделаем его райскую жизнь еще слаще вместе.
— Вы только посмотрите! Идеальная команда отмщения, — весело усмехается Мэри. — А пару минут назад готовы были вцепиться в глотки друг друга! Чудо, не иначе.
— Желание накостылять объединяет, девуля. Не знала?
— Эй, не называй её так.
— Я не имел ввиду ничего грубого, парень. Расслабь уже булки.
— Хватит! — кричу я и с грохотом откладываю кусок мяса на стол. — Прекратите уже. Вы ведете себя, как дети! Неужели сами не понимаете, как нелепо все это?
Я смиряю каждого из них взглядом, понимая, что злюсь гораздо сильнее, чем следовало бы. Начиная от собственной глупости, из-за которой пострадала, и заканчивая вот этим. Нужно было сбежать еще тогда, когда выдалась возможность. Тогда бы не пришлось сейчас смотреть на этот цирк.
Нет, ничего бы этого не было, если бы я просто не открыла Дэнису дверь. Если бы не пошла на поводу у своих чувств, разгоревшихся из-за банального поцелуя в щеку. Я реально спятила! Знала, что стоит опасаться Дэниса, что он в любую минуту может узнать, где я живу и предпринять что-нибудь. Но в итоге забыла об этом, даже не додумалась посмотреть в глазок, наивно поверив в ударившие в голову иллюзии. Нужно быть действительно чокнутой, чтоб так подставиться. Или быть мной, что нисколько не обнадеживает.
На кухне повисает молчание. Все трое смотрят на меня, видимо, соглашаясь с моими словами, и пока они не успели вновь наговорить чего-нибудь, я набираю в легкие побольше воздуха и проговариваю:
— Во всем случившемся только моя вина. Я сама впустила Дэниса в квартиру. Так что хватит, пожалуйста. Я знала, на что шла.
Ну и лгунья же ты, Сэм.