Я задумываюсь. Первый раз случился в кафе, когда мы с Липом закрепили знакомство рукопожатием. Да, этот отрывок был слишком коротким, буквально секундой, за которую я успела рассмотреть и прочувствовать что-то знакомое. Но дальнейшие воспоминания, будь они связаны с Мэри, когда я уснула в такси, или с Фредом при встрече в роще и уже после – в церкви приюта, никак не складываются в целостную картину. Они все хаотичные, бессмысленные, сколько бы я не пыталась наложить их друг на друга.
Чем больше покидаешь тело, тем сильнее привязываешься к миру мертвых, — вспоминаю я слова Липа. Но я не покидала тело так много, чтобы улавливать чужие болезненные вспоминания, как через время это произошло с ним. Вот, что казалось ему таким непонятным и почему он удивился, когда я рассказала о видении церкви.
— Четыре раза, — отвечаю я. — И насколько я могу судить, этого недостаточно, чтобы видеть моменты страданий других.
— Пожалуй, — соглашается Ойша. — Но давай-ка вспомним, что душа в тебе живет не год и не два, а значит, ты неотрывно связана с миром мертвых с тех самых пор, как она поселилась внутри тебя. И прежде, чем ты кинешься отвечать, что не помнишь, скажу: приют и эти сиротки из ведений приходит к тебе не просто так. Догадываешься, да?
— Они связаны с Липом.
— Верно, — кивает Ойша. — Это то, что он чувствует, то, что мучает его каждый божий день, не взирая на то: счастлив ли он или пытается казаться таковым. Связывающаяся вас нить тесно привязана к событиям его прошлого. А значит, есть вероятность, что если ты вернешься туда, возможно, сумеешь зайти еще дальше – в момент глубоких воспоминаний из своей жизни, не подвластным тебе прямо сейчас. Из конкретного, когда ты – или душа в тебе – обрели единый дом.
Я закусываю губу. Ойша поделилась со мной информацией не просто так, ей выгодно, чтобы я догадалась обо всем как можно скорее. Но даже после её слов я все еще ни черта не понимаю! Каким образом я должна вернуться? Как? Что мне нужно сделать, чтобы добраться до нужного из воспоминаний? Еще и эти загадки, связанные с Липом, которыми Ойша кидается, будто играя в игру в кости.
Сколько прошло с тех пор, как я встретила её? Две, три недели? Этого чудовищно мало, чтобы полностью разобраться как в себе, так и в происходящем! Я ведь только недавно уцепилась за что-то. Только недавно сделала предположение, в котором может крыться тайна моего прошлого. Но какой ценой? Правильно – полностью пошатнула доверие Липа, обесценив его помощь и желание разобраться со всем дерьмом, которого накопилось на целый жилой район Лондона.
Еще и её слова, подтвердившие мои догадки. Из-за этого образ Липа неосознанно тормошит внутри мысли и вспоминания, четко вырисовывая его здесь, пред собой. Я нарочно прокручиваю все, что связано с ним, все его слова, моменты нашего зрительного или физического контакта. Он полноправно занимает каждый уголок в моей голове, словно пустил в туда корни. Это убивает меня, лишает хоть какой-нибудь рациональности в попытке разобраться с любой из проблем.
Мне становится плохо, горечь собирается на языке и липнет к нёбу. Не только из-за собственного поступка, а еще потому, что теперь я понимаю – все та боль, что я чувствовала принадлежала ему. Это он варился в ней, и глупо думать, что Лип до сих пор не тонет в ней также сильно, как и я в своем отчаянии и страхе. Его жизнь куда более сложная, и считать, что мне досталась более суровая участь – чересчур эгоистично. Лип со всем своим багажом двигается дальше и ищет выход, а я только и делаю, что жалею себя и обесцениваю его попытки помочь мне. Как же это позорно! Я сама себе разрушительная сила, дело далеко не в жизненных полосах и платы по счетам.
Ты просто свинья, Сэм. Пора бы уже просто с этим смириться.
Я хватаюсь за голову. Тру виски, пытаюсь выровнять сбившееся дыхание, но сердце все еще так сильно бьется об грудь, что становится невыносимо больно. Я поддалась эмоциям, наговорила того, чего не планировала, окончательно провела черту. И сделала это специально, потому что струсила. Я так сильно испугалась собственных чувств к нему, навсегда похоронив между нами хоть какие-то зачатки на взаимность, что даже не представляю, как разобраться с этим. Что сказать? Как дать понять, что оступилась, пусть и нарочно? Он ведь не поймет.