— Дать мне фальшивый адрес — это низко, Сэмми.
— Что тебе нужно? — хрипло роняю я, презирая его в этот момент настолько, насколько это вообще возможно. Вместо того, чтобы нормально поговорить он затащил меня в чертов переулок! Вонь мусорных баков только сейчас достигает нюха. Или так пахнет сам Дэнис? Я уже и не знаю. — Хотя, знаешь, можешь не говорить — я в курсе, что ты уже побывал у бабушки. Совесть не мучает?
— А должна? — Дэнис усмехается и поджигает сигарету, выпуская дым мне прямо в лицо. — По-моему, только тебя здесь должна мучать совесть, сестренка. Думала, упекла меня в клинику и все, проблемы закончились сами собой?
— Вряд ли они закончатся, пока ты не исчезнешь из моей жизни. У меня нет денег, Дэнис. Поищи кого-нибудь более состоятельного.
— Врешь. Ты всегда при бабках.
— Не в этот раз, — я покачиваю головой.
— Да ладно, ты и без денег? В это с трудом верится.
— Я не чертова секция в банке Гринготтс.
— Как мило, что ты все еще способна шутить!
— Пожалуйста, оставь меня в покое, Дэнис. Иначе я натравлю на тебя полицию. Или начну кричать, и кто-нибудь сделает это за меня.
— Ты этого не сделаешь, — в его голосе сквозит непоколебимая уверенность; глаза сужаются и заглядывают внутрь моих. Снова расширенные зрачки, снова пытается меня запугать, не понимая, что я и так напугана. Потому что Дэнис не в себе. И уже очень долгое время. — Если бы ты хотела натравить на меня копов, то давно бы уже сделала это. Давай не будем врать друг другу.
Поджимаю со всей силы губы. Дэнис прав — наверное, не будь он моим братом, я бы и правда сумела сделать это, однако… Несмотря на кровные узы, Дэнис сейчас выглядит крайне пугающе, и этого вполне достаточно, чтобы сдать его в участок. Но проблема в другом — я слишком боюсь родительского гнева, что обрушится на меня новой волной презрения, если снова поступлю по-своему. И пощечины от отца уже будет недостаточно, чтобы выразить всю ту ненависть, что они ко мне на самом деле испытывают.
Дэнису глубоко плевать на все, что я для него сделала. Абсолютно никому нет никакого дела до того, как я расшибалась в лепешку лишь бы найти достаточно денег и оплатить его лечение в самой лучшей клинике Лондона. Никто не видел, каким я нашла его в тот злополучный день, никто не знает, как я впервые испугалась того, что могу его потерять. Дэнис не подарок — во многом, будь то отдельные его части или вся совокупность в целом, — но он мой брат. Он черт возьми их сын! Так почему в этой ситуации страдаю именно я? Он только полгода назад вернулся с реабилитации и опять встал на прежнюю дорогу, будто год в клинике был для него пустым звуком.
Впрочем, этого стоило ожидать. Либо он разрушит все сам, свалив свои проблемы на меня, либо действительно сумеет наконец осознать, что идет ко дну. И самое печальное, что первое преобладает, ведь Дэнис не видит в своей зависимости никаких проблем. И уже за это я полноправно могу ненавидеть его, не желая и дальше быть тем, кто хоть как-то пытается помочь.
Я стараюсь унять дрожь. Пальцы впиваются в браслет, но это не сильно помогает — эмоции бушуют внутри, как чертов ураган Изабель.
— Зачем ты снова полез в это? — поднимаю лицо и вновь встречаюсь с Дэнисом взглядом. — Я ведь так старалась вытащить тебя! Я рассорилась с родителями, чтобы перестать чувствовать себя виноватой! Неужели ты действительно хочешь закончить вот так?
Он не выглядит удивленным — склоняет голову и приближается настолько, что его дыхание опаляет лицо. Пальцы подцепляют одну из моих прядей, что упрямо липнет к щеке.
— Ты не поймешь, — снисходительно улыбается Дэнис. — В клинике было отстойно. Я чуть не расплакался от счастья, когда меня оттуда выпустили. Все эти разговоры про зависимость в кругу сплошных тупиц, которые реально думают, что таким образом смогут начать жить, это все просто смешно. Ты сама-то в это веришь, Сэмми? Попробовав однажды, уже никогда не сумеешь вернуться прежним. И дело не в ломке, не в кураторах, что после выписки следят за тобой, чтобы ты не дай бог не сорвался. Дело даже не в клубе для наркозависимых каждый четверг. Дело в том, что все и до этого было паршиво, Сэмми. Моя жизнь — полная хрень, я не чувствую себя живым. Я свободен только тогда, когда употребляю. И в эти моменты, знаешь, я чертов король мира. Я могу все! Все, понимаешь? И плевать, что другие думают об этом. На все плевать. Меня не волнует прошлое, настоящее, будущее. Это все такие мелочи, когда все кусочки внутри наконец складываются воедино. Знакомое ощущение, да? Я ведь благодаря тебе узнал об этом. Ты открыла мне удивительный мир, так чего теперь удивляешься, что я заглотил наживку и не хочу выбираться оттуда? Мне даже стоит быть благодарным за это.