Я останавливаюсь прямо у порога отеля. Массивные стеклянные двери-вертушки начинают движение, и Лип без всякого стеснения проходит внутрь первым, оглядывая светлый холл, будто он не иначе, чем в музее. Солнцезащитные очки немного съезжают вниз.
— Ну дела! А тут очень даже красиво, — проговаривает он, оборачиваясь. — Я думал местечко будет… по скромнее.
Из-за стойки тут же показывается Сара.
— Доброе утро, Сэм! — машет рукой она. Я киваю в знак приветствия.
— Исчезни где-нибудь, пока окружающие не подумали, что ты со мной, — сквозь зубы проговариваю я и двигаюсь мимо Липа. До начала моей смены остается еще пятнадцать минут, значит, еще успею выслушать галдеж Сары и переодеться. Стакан с кофе опускается на стойку. — Что нового за ночь?
— Парочка из триста второго заказали завтрак с доставкой в номер, — Сара сверяется с блокнотом. — Мистер Бриггс из двести восьмидесятого заселился под утро, сказал, что до обеда пробудет в номере, обедать будет в ресторане отеля. Пару номеров освободили, нужно направить уборщиков до двенадцати, чтобы убраться. В остальном, вроде все. Ты выглядишь какой-то…
— Болезненной? Злой? По мне, она выглядит просто потрясающе очаровательным пуделем, — доносится голос Липа позади. Я оборачиваюсь, замечая, как он облокачивается на согнутую в локте ладонь, а после снимает очки. — Привет, красавица. Дорогие у вас тут номера?
— Не обращай на него внимания, Сара, — спешно прошу я, когда Сара уже готовится выдать весь заученный текст. — Это… мой друг, он немного не в себе, буквально вчера выписался из отделения психиатрии, — последнее добавляю уже шепотом. Она косит взгляд и едва сдерживает улыбку, прикрывая ту манжетом пиджака.
— Понятно.
— Ты только что назвала меня психом? Боже, и я оплатил твой кофе!
Я одариваю Липа уничтожительным взглядом. Он же, ухмыляясь уголком губ, вскидывает брови.
— Не верьте ей, милая Сара, я просто безработный и ищу себе место для подработки. Хочу проникнуться атмосферой и посмотреть, как у вас здесь все устроено. Кстати, этот пиджак вам очень к лицу.
Сара, заправив прядь пшеничных волос за ухо, скромно улыбается в ответ. Кончики ушей явно окрашиваются в розовый. Боже правый.
— О, болеете за Манчестер? — Лип указывает на наклейку чехла на телефоне Сары. Она кивает. — Слышал, следующий матч во вторник с Сити.
— Да, я уже даже забронировала столик в пабе. Мы с друзьями не пропускаем ни одну игру, еще с колледжа повелось собираться за просмотром. А вы…
— Лип.
— Э… Лип, может, хотите к нам присоединиться? Мы всегда рады новым лицам.
— Боюсь, в этот день у меня большие планы. Сэмми обещала провести румтур по своей квартире, а отказываться от такого… сами знаете, когда девушка сама зовет в гости…
Я закрываю ему рот рукой, понимая, к чему он клонит. Лип на удивленный взгляд Сары пожимает плечами.
— Спасибо за информацию, Сара, — проговариваю я и со всей силы сжимаю картонный стаканчик в ладони, второй рукой уводя Липа в сторону. — Вернусь через десять минут, — бросаю уже через плечо.
— Видишь какой я обаятельный! Меня пригласили на игру, а я всего лишь сделал комплимент её пиджаку. У тебя такой же? Уже не терпится посмотреть.
— Займи место на диванчике и листай журналы, пока я не вылила на тебя кофе или не убила. И не разговаривай, это ты в силах сделать?
— Я расширяю круг общения.
— Расширяй его в другом месте, — сквозь зубы цежу я и хватаюсь за воротник его плаща, переходя на шепот. — Раз уж ты решил побыть моим надзирателем, лучше не отсвечивай. Я не хочу привлекать лишнего внимания. Ты понял?
Лип накрывает мою руку своей и склоняется ниже, едва опаляя лицо своим дыханием. Легкий запах мыла наполняет воздух.
— Более чем. Боже, ты невероятно очаровательна, когда злишься. Едва сдерживаюсь, чтоб не поцеловать тебя прямо сейчас. Может, все-таки прикинемся парочкой, а? Я искусно вживаюсь в любую роль.
— Даже если ты останешься последним мужчиной в этом гребанном мире, я ни за что не соглашусь на эту авантюру. Иди. И постарайся не бесить меня еще больше, чем это возможно.
— Я почти оскорблен и одновременно с этим воодушевлен настолько, что ты и представить себе не можешь, — шепотом добавляет Лип у самого моего уха. — Уже не терпится увидеть тебя по форме, пупсик.