И погрязнешь в долгах, — цокает эго. Я сжимаю со своей силы кулаки.
— Хорошо. Считай, что это отработка за Роба. Ты не виновата, я это знаю, Саманта, — меня передергивает — ненавижу, когда мое имя произносят полностью, — но я на тебя надеюсь.
— Постараюсь не подвести, — натянуто улыбаюсь я.
— Славно. И еще, сегодня должен заехать очень важный человек. Номер люкс, как и всегда, ужин с подачей в номер. Если возникнут вопросы при заселении, то сообщи мне. Он предпочитает живописные виды, так что постарайся выбрать наилучший из всех. Я уеду ближе к шести, если приедет до этого времени, дай знать. Хочу лично его встретить.
Я киваю как китайский болванчик, пытаясь запомнить информацию своим уставшим и болезненным мозгом. Эмит довольно кивает в ответ. Позади раздается резкий треск, и мы оба переводим взгляд. Боже, ну нет.
Руки Липа подняты кверху, телефон валяется возле ног. Выдернутый провод наушников болтается на шее. На весь холл доносится песня из репертуара Майкла Джексона, и я мечтаю убить Липа прямо сейчас. Взглядом, потому что руки отчаянно тянутся к лицу, чтобы позорно закрыть его от развернувшейся картины.
— Какой я неуклюжий, — фальшиво смеется он и подбирает сотовый. Эмит поворачивается обратно и изгибает бровь, взглядом будто бы вопрошая: «Что это такое?»
— Он ждет кого-то из гостей, — мямлю я. — Мне выпроводить?
— Пусть остается. В случае, если будет нарушать покой окружающих, сообщи охране.
— Да, конечно.
Эмит стремительно скрывается за поворотом. Я же, не сдерживаясь, пересекаю расстояние между стойкой и зоной ожидания. Сидящая напротив Липа женщина скучающе перелистывает журнал и периодически поглядывает на него из-под очков.
— Выметайся, — наклонившись ближе, шепчу сквозь зубы я. Лип вздергивает бровь. — Я серьезно, потусуйся где-нибудь в другом месте. На работе со мной уж точно ничего не случится, кроме попытки убить себя в уборной из-за твоего присутствия. Ты одним своим видом просто действуешь мне на нервы.
— Твой начальник лапочка. Подумал, что он тебя отчитывал, решил немного развеять обстановку. Даже композицию с Майклом подобрал, чтоб он хоть немного растаял. Все еще злишься?
— Я на грани того, чтобы вышвырнуть тебя отсюда самостоятельно.
— Послушай музыку и успокойся, — он бесцеремонно вставляет наушник мне в ухо, кончиками пальцев будто специально оглаживая скулу. — У тебя уже лицо побагровело от злости.
Я протяжно выдыхаю через нос. Почему нельзя просто посидеть спокойно? Зачем доставлять мне проблемы и злить каждый божий раз, когда мы просто встречаемся взглядами? Лип откровенно смеется надо мной и пытается нарочно вывести из себя. Этот хитроумный план Ойши самая настоящая тупость! Не сдалась я стражам на работе, никто не заберет меня отсюда до тех пор, пока я не закончу рабочий день. Эмит убьет любого, кто хоть как-то посягнет на его работников, уверена, он даже голыми руками разделается со всей сверхъестественной дрянью, потому что слепо уверован в правила и устои — доработай смену, а потом уже помирай.
Из динамика доносится: «Энни, все ли в порядке? Хочу, чтобы ты сказала нам, что все в порядке», и я прикрываю веки. Лично я — далеко не в порядке.
— Дыши, Сэмми, дыши. Глубокий вдох и выдох. Вдох и…
— За-мол-чи, — по слогам проговариваю я. — Если еще что-нибудь выкинешь, мне придется сообщить охране и тебя отсюда выведут. И уйди отсюда часам к шести, чтобы Эмит тебя не видел. Я сказала, что ты ждешь кого-то из гостей, не давай ему повод наказать меня снова.
— Ты ему не нравишься, — Лип откидывает голову. — И я понимаю почему: ты ужасная злюка, я ведь говорил тебе уже об этом. Будь немного мягче.
— Я уже была достаточно мягкой, и поверь — это закончилось весьма плачевно для меня и того парня, — я возвращаю ему наушник. — Я ухожу на перекур, и чтоб когда я пришла, от тебя не исходило ни звука.
— Договорились, пупсик.
Стоящая у стойки Мэри, появившись, судя по всему, после ухода Эмита, поджимает губы, чтоб не рассмеяться.
— Ни слова, — качаю головой я и принимаю из её рук куртку.