— Он явно на тебя запал, — проговаривает она, когда мы оказываемся на улице. — Я такое ни с чем не перепутаю.
— Как Тони? Тогда у меня плохие новости: твой радар барахлит.
— Он тебе еще не позвонил? — Мэри закуривает. Я прислоняюсь головой прямо к стене, устало вздыхая. — Я уже три дня только и слышу, как он ненавязчиво интересуется про твои дела и не донимает ли тебя больше Дэнис.
— Мы списывались позавчера. Он все еще настаивает отплатить ему ужином.
В доказательство я даже вытаскиваю телефон из кармана пиджака и показываю Мэри часть переписки. Остальная часть — сплошный флирт, и лучше бы ей этого не видеть. По крайней мере, я пытаюсь флиртовать, что же касается Тони — быть может, это его обычная манера общения.
Меня не покидает ощущение тепла, когда мы списываемся. Глупая улыбка сама по себе лезет на лицо, его шутки вызывают тихий смех, невольно соскальзывающий с губ, а смешные селфи, где он корчит мне рожи или фотографирует своих друзей, с которыми зависает в корпусе общежития сохранены в папку, на которую я поставила пароль. Очевидно, я влипла, потому что Тони еще в первую встречу показался мне хорошим и вызывает только положительные чувства. Что не сказать о чудике, что до сих пор восседает в холле отеля.
Общение с Тони протекает легко. Я будто знаю его всю жизнь. Останавливает, пожалуй, лишь тот факт, что он сводный брат Мэри, а мы с ней вроде как только-только подружились.
— Пойдешь? — интересуется она, вздернув бровь. Я пожимаю плечами, принимая телефон обратно.
— Не знаю. Наверное, передам деньги через тебя, чтобы не быть обязанной.
— Слишком много думаешь, — Мэри цокает. — Если я его сестра, не значит, что запрещаю общаться с тобой. И ничего плохого не вижу в том, чтобы сходить, расслабиться, получить удовольствие от встречи и, быть может, зайти чуть дальше. Тони крайне настойчивый, если захочет, вряд ли отвертишься так просто.
— Это намек на то, чтобы я согласилась?
— Жирное «да» на моем лбу еще не проявилось? Не думала, что мне придется разжевывать тебе очевидные вещи.
Я пропускаю смешок, толкая её плечом. Мэри улыбается и поправляет край съехавшей с плеч куртки. Падающий снег теряется в её темных волосах и поблескивает.
— Хочу познакомиться с рыжим. Думаю, мы подружимся.
— Не думаю, что это стоящая затея. Я едва его перевариваю.
— Почему?
— Ты его видела? — возмущенно тяну я. — Он ходячая странность, начиная от перемотанных в бинт рук и заканчивая глупыми подколами насчет моей прически. Не хочу, чтобы вы спелись и образовали фан-клуб «Бездарные шутки».
Мэри одаривает меня скептическим взглядом и, похоже, совершенно мне не верит.
— Тогда что он забыл рядом с тобой? Если ты так сильно его не перевариваешь.
— Долгая история, — я бросаю окурок в мусорный бак. — Не забивай голову. Лучше помолись за меня, чтобы я дожила до конца смены и не села за предумышленное убийство.
— Серьезное заявление, — покачивает головой Мэри, и мы юркаем обратно в здание. — Очень хочу посмотреть на это, с учетом, какой добренькой ты была до этого. Даже Робу напоследок не вмазала.
— Жалею по сей день.
Мэри усмехается и, прежде чем исчезнуть в комнате персонала, останавливается неподалеку. Её рука взмывает вверх и приветливо машет в сторону Липа, который отвечает ей тем же.
— И все-таки он милашка, — тянет с улыбкой она и уходит.
Я возвращаюсь за рабочее место. Заселяющихся становится больше: пока вбиваю одного гостя за другим, проходит достаточно времени, и сумерки медленно спадают на город. Першение в горле никак не проходит, к вечеру чувствую, как повышается температура, а голова начинает весить неподъемным грузом. Лип скучающе рассматривает очередной журнал, пока его телефон стоит на зарядке, я же понемногу успокаиваюсь на его счет.
Смена почти подходит к концу. Последний, кого я заселяю в номер оказывается тот самый важный человек, о котором говорил Эмит, и мне приходится затратить максимум усилий на вежливую улыбку, чтобы не выдать усталость и отвратительное самочувствие. Мужчина выглядит серьезным, с огромным количеством морщин и слишком острыми чертами лица, напоминая коршуна. Деловой чемодан в руке, костюм и дорогое пальто — он почти копия какого-нибудь важного дипломата из посольства другого государства. Не удивлюсь, если так оно и есть.