Лицо врача было немного испуганным, очевидно, он боялся, что пациентка умрет у него на руках. Но чем дольше этот парень смотрел на показания приборов, тем все больше выглядел озадаченным.
— Ритмы сердца у вас нормальные… — как-то растерянно сказал он.
В этот момент «скорая» вильнула, пытаясь вырваться из массы скопившихся у светофора автомобилей. Но маневр не удался, и она остановилась в пробке. Сирена завыла еще более пронзительно, требовательно.
— Вы говорите, ритмы нормальные?! — изобразила крайнее удивление Тамара, садясь на носилках.
— Больная, не вставайте! — Медсестра попыталась опять ее уложить.
— Нет, я чувствую себя хорошо! Совсем хорошо! Вы слышали, что я сказала!! Убери руки!! Руки, говорю, убери!!
И, пользуясь всеобщей растерянностью, она выскочила наружу, прижимая к груди сумку.
Глава 25
Чего только не увидишь в большом городе: и панков, с раскрашенными в разные цвета волосами, и спящих на скамейках бомжей, и попрошаек, заглядывающих в окна остановившихся на светофоре автомобилей. Поэтому еще одна сумасшедшая, выпрыгнувшая на перекрестке из «скорой помощи» и бросившаяся на противоположный тротуар между уже поехавшими машинами, не привлекла особого внимания. Ну, разве что, посигналили те водители, которым она создала проблемы, ну ругнулся кто-то вслед, и тут же все забыли о ней.
Проскочив пару кварталов, Тамара перешла на нормальный шаг, стараясь ничем не выделяться из массы остальных прохожих, а дойдя до ближайшей остановки, села в первый попавшийся троллейбус. Вначале она испуганно косилась на каждого вошедшего в салон человека, видела в нем угрозу для себя, но минут десять-пятнадцать ей вполне хватило, чтобы окончательно успокоиться и решить, что делать дальше.
Благодаря целой массе случайностей и неожиданной даже для самой себя прыти Тамаре удалось оторваться от преследователей. Однако они, безусловно, постараются как можно быстрее исправить свою оплошность. Трудно даже предположить, сколько людей по всему городу заняты сейчас ее поисками. И поставить точку в этой безумной травле может лишь реализация задуманного ею плана. Опускать руки было бы самым глупым.
На очередной остановке Тамара вышла из троллейбуса, поймала такси и поехала к Веронике на дачу. Как бы она ни хотела оставить подругу в стороне от своих проблем, но без помощника никак было не обойтись. Кто-то должен был помочь ей в осуществлении циркового номера, во время которого фальшивая кассета будет не только уничтожена, но и взамен этой пустышки Тамара получит какие-то гарантии безопасности, более или менее надежную защиту. Факиры никогда не работают в одиночку.
Она поспела вовремя: когда такси подъехало к воротам Вероникиной дачи, та как раз запирала дверь, чтобы идти в магазин, но, увидев Тамару, так и осталась стоять на крыльце, с выражением громадного вопроса на лице.
— Сейчас мне опять будут рассказывать сказки, — усмехнулась Вероника.
— Нет! Только давай побыстрее зайдем внутрь! — затараторила Тамара. — Открывай же дверь! Я не хочу, чтобы меня увидел кто-нибудь из соседей.
В доме Тамара быстро пошла по комнатам, приседая за столами, креслами, забиваясь в углы, прячась в кладовки и даже в шкафы и оттуда оценивающие посматривая на окна.
— Что ты делаешь? — удивленно поинтересовалась следовавшая за ней по пятам подруга.
— Ищу место, откуда меня нельзя было бы обнаружить с улицы.
— Странное желание!
— Вовсе нет.
— Ты думаешь, кто-то перелезет через забор моего участка и будет заглядывать в окна?!
— Возможно! Эти люди способны еще и не на такое! Они наверняка могут подсматривать и подслушивать даже на расстоянии.
— Ну, хватит! — возмутилась Вероника. — Кого ты имеешь в виду?! Что за фокусы здесь выкидываешь?!
Однако на Тамару это гневное восклицание не произвело никакого впечатления. Она еще раз задумчиво осмотрелась по сторонам. Ее внимание привлекла деревянная лестница, ведущая на второй этаж.
— Пойдем-ка в твою спальню, — сказала она. — Чем выше мы будем находиться, тем лучше. Я сяду там на пол, а ты — на кровать. И возьми какую-нибудь книгу или вязанье, чтобы у возможных наблюдателей складывалось впечатление, будто бы ты находишься в комнате одна.
— Никуда я не пойду! — заартачилась хозяйка дома. — Что происходит?!
— Мне некогда убеждать тебя, что я не сошла с ума. Поверь, речь идет о моей жизни и смерти!