— А ты-то чего смеешься?! — не спустил ей Петр. — У тебя, что ли, мечты лучше? Сама говорила, что хотела бы купить в нашу спальню огромную белую кровать и атласное покрывало. И еще показывала мне свадебное платье, которое стоит целое состояние — всякие там рюшечки, бантики…
Девушка густо покраснела.
— Дурак ты, Торопов! — огорчилась Инга. — Кто же о таких вещах рассказывает?!
— А что тут скрывать?! Мы давно уже решили пожениться. Будто бы для вас это секрет?! Вот окончим университет и распишемся. Или на последнем курсе…
Теперь Оксана стала буквально пунцовой.
— Ты не просто дурак, а дурак в квадрате! — констатировала Инга.
Эта перепалка совсем не поссорила друзей — у них бывали выяснения отношений и покруче. А разговоры о будущем, о том, что в этой жизни имеет цену, велись между ними бесконечно.
Когда бутерброды и бутылка вина были уничтожены, Головин включил музыку и все стали танцевать. Правда, то, что делали Петр и Оксана, назвать танцем было трудно — они откровенно обнимались и целовались, а вскоре вообще скрылись в одной из комнат, плотно закрыв за собой дверь.
Сергей тоже попытался прижать к себе Ингу, но острые локотки уперлись ему в грудь. Точнее, не в грудь, а куда-то в район солнечного сплетения.
— Ты чего? — удивленно спросил он.
Они встречались уже полтора года, и первая близость случилась между ними уже на третью неделю их знакомства: влюбившись, Инга легко отдалась ему, хотя до этого у нее никого не было. Впрочем, его сексуальный опыт был не намного богаче — так, пару случайных девчонок.
— Ничего. Просто нет настроения, — отвернулась она.
Он сделал еще несколько попыток, но каждый раз наталкивался на жесткое сопротивление. В конце концов Инга вывернулась из его рук и села на диван. Сергей тут же присоединился к ней.
— Что случилось?! Ты обиделась на меня?
— Вот еще! — фыркнула она.
— Тогда объясни, что происходит?
— Просто мне противно наблюдать, как вы распускаете перья. Тоже мне, телезвезды нашлись — поездки в Южную Африку, в Австралию…
— Неужели ты не понимаешь, что мы шутим?! Ведь в самом деле ничего еще не решено. Может быть, через неделю Матусевич заявит, что его планы изменились или что на новую программу нет денег.
— То-то и оно! А вы бахвалитесь друг перед другом, как мальчишки…
— Ты, кажется, меня ревнуешь, — догадался Сергей. — Ну да, телевидение, безумная популярность, роскошные женщины, и каждый день новые…
Он попытался поцеловать ее в щеку, но это вышло у него как-то неловко. Да и вообще, парни, обхаживающие своих девушек, выглядят довольно глуповато, тем более если рост у них под метр девяносто.
— Господи, да оставишь ты меня! — пересела в кресло Инга. — Что за наказание!
Сергей поднялся и ушел на балкон. Он выкурил там две сигареты подряд, и, возможно, очередь дошла бы до третьей, но в этот момент скрипнула дверь и на пороге возникла Инга. Она была завернута в большое махровое полотенце, которое на ее миниатюрной фигуре смотрелось как длинное платье. Очевидно, девушка только что вышла из душа.
— Ну и долго ты будешь здесь торчать?! — укоризненно спросила она. — Я уже вся замерзла!
Только девчонки могут выдерживать характер. У парней это получается плохо.
— Я уже иду! — глуповато зарделся Головин и бросился в комнату.
Глава 5
Командировка в тыл врага
В понедельник, едва дождавшись начала рабочего дня, Головин и Торопов позвонили в приемную Матусевича: тот приказал приехать к трем часам, причем не опаздывать, и они хотели напомнить, чтобы им заказали пропуска в Останкинский телецентр. Друзьям казалось, что для всех сотрудников канала РТ теперь нет дела более важного, чем как можно быстрее приступить к работе над новой программой. Но секретарша шоумена Марина сразу же остудила их пыл, заявив, что «Лев Михайлович перенес встречу с трех на пять часов».
Она даже не поинтересовалась, хотя бы ради приличия, удобно ли им это время. И даже не подумала извиниться. Просто выдала информацию и все. Понятно, что ради свидания с ее знаменитым начальником люди должны были откладывать все свои дела. И вообще испытывать безумную благодарность за то, что их согласились принять.
За пятнадцать минут до пяти Сергей и Петр были в приемной Матусевича. Его самого на месте не оказалось, зато подошла редактор программы «Колесо фортуны» Алевтина Алтынова — дама гренадерского роста, часто грешившая скабрезностями и не выпускавшая сигарету изо рта, но в то же время не лишенная привлекательности. Она носила джинсы, мягкие, спортивного типа туфли и мешковатую куртку с небрежно подвернутыми рукавами, явно стараясь выглядеть проще, чем была на самом деле.