Что, если он даже не появится? Что, если это какая-то игра, целью которой является обвести меня вокруг пальца, и я повелся, как дурак?
Заходя в спортзал, я смотрю на большие часы на стене, хотя прошла буквально одна минута. Затем выдыхаю и иду в раздевалку, отбрасывая эти навязчивые мысли. Я бы все равно пришел, так что это даже не имеет значения. Не то чтобы я изо всех сил старался ради него.
Но даже когда я переодеваюсь и включаю свет, небольшой страх все еще остается. Вчера вечером во время тренировки я изо всех сил старался игнорировать Луку, но у него есть чертовски раздражающая способность полностью заполонять своим присутствием каждую комнату, в которой он находится, независимо от того, насколько она велика. Поэтому вчера вечером я имел удовольствие услышать все о его планах. И поскольку я знаю, что он пошел куда-то с новым другом с работы, я снова задаюсь вопросом, появится ли он здесь вообще. Неохотно мои глаза снова обращаются к часам. 8:01.
— Это не важно, — бормочу я про себя. Это он хотел потренироваться сегодня. Значит, он хочет поработать над чем-то, для чего ему нужно мое присутствие. Так что пошел к черту он и все, чем он занимается в течение дня.
Я начинаю бегать по периметру спортзала, чтобы размяться, размышляя, что, вероятно, сегодня утром снова потрачу время на тренировку с грушей. Вчера вечером я сосредоточился на комбинации ударов руками, но сегодня хочу поработать над лоу-киками9.
Как только я заканчиваю прокручивать в голове план тренировки, десятый раз пробегая по кругу, слышу, как открывается дверь спортзала.
Заходит Лука в солнцезащитных очках, розовой толстовке и серых спортивных штанах, с кофе в руке.
Я прекращаю бежать и смотрю на часы. 8:22.
— Ты опоздал, — говорю я, когда он подходит ко мне.
Он лезет в карман и достает телефон, проверяя время.
— О да. Но, похоже, ты успел хорошо разогреться, — он издает легкий смешок и отпивает кофе. — И не говори мне, что ты не был бы здесь в любом случае, занимаясь именно этим.
— Это ты сказал в восемь, — я глубоко вздыхаю, изо всех сил стараясь не выбить стаканчик из его руки. Если бы он не остановился купить чертов кофе, он мог бы успеть прийти во время.
Он усмехается и идет к скамейке позади меня.
— Черт, ты слишком взвинчен.
Я сжимаю губы и стискиваю кулаки, делая все возможное, чтобы сдержать гнев.
— Видишь? — Лука бросает сумку на скамейку и указывает на мои руки. — Нужно научиться отпускать напряжение, Тай. Я думаю, тебе понравится.
— Иди в задницу, — рычу я, разворачиваясь, чтобы продолжить пробежку.
Пошел он, потренируется самостоятельно.
— Это предложение нравится мне гораздо больше.
Я снова поворачиваюсь к нему лицом.
— О чем ты?
Он смеется и слегка качает головой.
Вот и все.
— В чем твоя гребаная проблема, Митчелл? Почему ты все превращаешь в шутку? — я подхожу к нему ближе, и он хмурится. — Это не какое-то веселое времяпрепровождение, на которое можно наплевать, если тебе захочется.
Взгляд Луки скользит между моими глазами, и он напрягается.
— Очевидно, что это не так, — говорит он низким и мрачным голосом. — Для меня это не шутки. Но ты знаешь, что я делаю, Тай?
Он делает шаг ближе, и мы оказываемся на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга. Он смотрит вниз на мое тело, затем снова поднимает взгляд к моим глазам.
— Наслаждаюсь собой. Знаешь, ты тоже можешь.
Под пристальным взглядом его карих глаз внутри меня нарастает беспокойная энергия. Я прерываю наш зрительный контакт, качая головой.
— Неважно. Если ты действительно хочешь потренироваться, разомнись.
— Ооо, — улыбается он, мгновенно переходя от темного и напряженного состояния к светлому и беззаботному. — В этом нет необходимости. Я пришел подготовленным. Поэтому так опоздал.
Он снимает толстовку и спортивные штаны, оставаясь в одних спортивных шортах. Розовых.
Он бросает на меня самодовольный взгляд, и я закатываю глаза. Когда он поворачивается, чтобы положить свою одежду на скамейку, мои глаза скользят по беспорядочно разбросанным по всему его телу татуировкам. Одна его нога почти полностью забита, также как все туловище и руки. С каждым разом, когда мы встречаемся на ринге, я клянусь, что татуировок становится все больше. И теперь, когда я могу полостью рассмотреть его, то удивляюсь, сколько у него их на самом деле.