Слишком быстро.
Мудак.
Я смотрю на экран телефона, но он не отвечает, и я удовлетворенно вздыхаю.
Так тебе и надо, засранец.
Я ухмыляюсь, когда три маленькие точки снова появляются на экране.
Я фотографирую свой вид с кровати и отправляю ему. И испытываю небольшой прилив предвкушения. Я только что отправил Таю Роско фотографию своей кровати. Ох, скандал.
Некоторое время ничего не происходит, поэтому я кладу телефон на грудь и возвращаюсь к просмотру фильма. И стараюсь игнорировать бешеный стук собственного сердца. Но он только усиливается, когда мой телефон снова вибрирует.
О, как же хорошо.
Улыбка расплывается по моему лицу, когда я печатаю ответ.
Никакого ответа.
Черт побери, это все равно, что пытаться прожевать камень – кажется трудным, даже если прилагать должные усилия. Я пытаюсь игнорировать этот тихий голос в моей голове, спрашивающий, зачем я вообще прилагаю эти усилия.
Вызов принят.
Снова ничего.
Я закусываю нижнюю губу, глядя на экран телефона, испытывая чувство разочарования из-за того, что он не отвечает. Ладно, возможно, это не совсем разочарование. Может, мне... плохо? Очевидно, в Тае есть что-то еще. Что-то глубокое. Он по-прежнему придурок, но, возможно, есть причина, по которой он таким стал.
Не факт, что это что-то изменит…
Ха!
Мой взгляд устремляется к телевизору, и я понимаю, что вообще не смотрел его. Я видел этот мультик тысячу раз, и все равно… он мой любимый. Но что-то в этом разговоре полностью поглощает мое внимание.
Из меня вырывается громкий смешок. Такой сержант-диктатор.
Я знаю, что он на это не ответит, поэтому блокирую телефон и кладу его рядом с собой на кровать. Но я не возвращаюсь к просмотру своего самого любимого мультика на свете, а просто смотрю в потолок.
Блять.
Кажется, я влюбляюсь в своего злейшего врага.
ГЛАВА 12
ТАЙ
Я сжимаю руль сильнее, когда приближаюсь к спортзалу. Сейчас 7:40 утра, и я уже злюсь, потому что знаю, что Лука не придет вовремя. Вчера он был достаточно самодовольным, когда опоздал на двадцать минут… так почему бы сегодня не опоздать на тридцать, верно?
Какая разница. Как я и сказал, я в любом случае буду здесь.
Меня не волнует, появится ли он.
Но непонятное смятение в груди при этой мысли говорит о том, что я лгу самому себе.
Когда я выхожу из своей машины, то с удивлением вижу на стоянке красный джип. Я не думал, что сегодня утром здесь будет кто-то, кроме меня. Но еще больше меня удивляет легкое чувство досады из-за того, что в спортзале мы будем не вдвоем. Но быстро избавляюсь от этого чувства. Я все еще могу надрать Луке задницу, независимо от того, будет кто-то рядом или нет.
Проходя мимо джипа, я замечаю фиолетовый цветок, свисающий с зеркала заднего вида, и наклейки, разбросанные по всей задней двери. Я замираю, когда мой взгляд останавливается на наклейке с единорогом, а затем ускоряю шаг и направляюсь прямиком к двери в зал.
Не может быть.
Дверь не заперта, и когда я толкаю ее, то вижу Луку, стоящего посреди спортзала со скрещенными руками и широкой самодовольной улыбкой.
— Ты опоздал, — говорит он.
Все, что я могу сделать, – пристально посмотреть на него.
— Что? — спрашивает он слишком невинным тоном.
— Ты рано.
Он смотрит на часы, будто не знает, сколько сейчас времени, и пожимает плечами.
— Ты сказал мне прийти вовремя. Знаешь, Тай, у меня такое ощущение, что если ты не приходишь раньше, то считаешь, что опоздал. Мне кажется, это правило, по которому ты живешь.
Я вздыхаю, поправляю сумку на плече и иду мимо него в раздевалку.
Не убивай его, не убивай его…
— Но еще… — говорит Лука, и я останавливаюсь.
Я неохотно поворачиваюсь к нему лицом. Он стоит на том же месте, но с опущенными руками и абсолютно серьезным выражением лица.
— Вчера я опоздал, потому что думал, ты не придешь, — говорит он, подходя ближе ко мне. — Пришел позже, и… сохранил бы лицо.