Он пожимает плечами с застенчивым выражением лица.
Мы оба молчим какое-то время, пока я осознаю сказанные им только что слова. Его уязвимость тоже призывает меня быть честным.
— Я тоже думал, что ты не появишься.
Его брови слегка приподнимаются, а уголки губ дергаются вверх.
— Но я все равно пришел вовремя, — продолжаю я. — Значит, ты все еще мудак.
На его лице расплывается улыбка, и он смеется, снова пожимая плечами.
— Ну, да.
Я закатываю глаза и оборачиваюсь, продолжая путь к раздевалке. Лука следует прямо за мной.
— Как прошло наблюдение за звездами?
Я ставлю сумку на скамейку и снова поворачиваюсь к нему лицом.
— Что за хрень ты несешь? Я не любовался звездами.
Лука серьезно кивает и прислоняется к шкафчикам напротив меня.
— Так чем же ты занимался?
— Ничем, — бормочу я, открывая дверцу шкафчика и снимая толстовку.
— Звучит весело.
Из меня автоматически вырывается разочарованный вздох, и я оглядываюсь на него через плечо. И чувствую небольшой трепет глубоко внутри, когда ловлю его взгляд, скользящий по моей спине.
Когда он возвращается к глазам, я быстро отворачиваюсь.
Я жду какого-нибудь язвительного комментария, но он ничего не говорит. Пока я продолжаю переодеваться, он просто делает то же самое позади меня.
Мы молчим, надевая спортивную одежду, и я борюсь с желанием повернуться и снова посмотреть на него. И почему?
Понятия не имею. Это Лука, черт возьми, Митчелл, я не хочу иметь с ним ничего общего. И все же что-то внутри меня буквально кричит, что это неправда.
Я слышу, как закрывается дверца его шкафчика, делаю то же самое и, наконец, оборачиваюсь. Он проводит рукой по своим волосам, и мой взгляд тут же падает на его ребра, вид на которые открывают низко сидящие лямки его широкой майки. Не могу понять, что это за татуировки, но одна из них похожа на луну.
Я быстро отвожу взгляд и хватаю бинты.
— Пойдем.
— Ага, — кивает Лука, делая то же самое.
Когда мы входим на тренировочный ринг, Лука подпрыгивает от нетерпения с широкой улыбкой на губах.
— Итак, раз у нас есть бинты… — он указывает глазами на связку в моих руках. — Значит ли это, что сегодня мы занимаемся кикбоксингом?
Я прикусываю внутреннюю часть щеки. Не хотел признаваться ему раньше, потому что знал, какая у него будет реакция. Но… он высококлассный кикбоксер, и я хочу потренировать с ним некоторые приемы, которые не могу проработать с грушей.
— Да.
— И над чем мы работаем? — его улыбка по какой-то причине становится еще шире, а моя челюсть наоборот напрягается.
— Скорость ударов.
Лука задумчиво кивает.
— Хорошо.
— И все? — со вздохом произношу я.
— Что? — спрашивает он.
— Никаких язвительных комментариев? — я слегка наклоняю голову, глядя на него.
— Нет, — он хмурится и сжимает губы. — Ты помог мне, и я могу помочь тебе, — затем он выразительно выгибает бровь. — Если ты мне позволишь, конечно.
— Я ведь здесь, не так ли? — говорю я к собственному удивлению без того уровня сарказма, с которым намеревался изначально.
— Ты ведь говорил, что будешь здесь в любом случае? — с легкой ухмылкой спрашивает Лука.
Я выдыхаю, чтобы не дать гневу взять верх, и проталкиваюсь мимо него к середине ринга.
— Я знаю, над чем ты работал вчера, — голос Луки эхом раздается в пустом спортзале, когда он следует за мной. — Лоу-кики – одна из моих специализаций, о которой, я уверен, ты знаешь.
Меня охватывает еще одна волна гнева. Да, мои ноги помнят эти удары.
— Но ты хотел бы сделать удары тяжелее?
Я останавливаюсь и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.
— Именно поэтому хочешь поработать над скоростью, — он останавливается в нескольких футах от меня. — Так ты научишься устойчивости и увеличишь общую мощность.
Я ничего не отвечаю, хотя он прав. Скорость поможет мне во многих областях моего боя, например, чтобы не отставать от таких быстрых ублюдков, как он, и тогда я смогу действовать более эффективно.
— Твоя техника идеальна, — он скрещивает руки на груди и оценивающе смотрит на меня. — Когда ты тренируешься один и оттачиваешь навыки на груше, то твои удары смертельно опасны, — он делает шаг ко мне. — Но добавь еще одну переменную, например, движущуюся цель, и ты начинаешь слишком много думать. Это замедляет, поэтому ты теряешь силу. Когда ты стоишь на ногах, то не можешь контролировать действия противника так же легко, как во время борьбы на полу. Тебе нужно научиться отпускать ситуацию и… доверять себе.