Я слегка опускаю перчатки и вижу свет, танцующий в его глазах, несмотря на мрачное выражение лица.
— Ты хочешь увидеть, как я паду… — его глаза скользят по моему телу, затем снова поднимаются. — Но ты слишком медленный. Ты более чем способен… но мешаешь сам себе. Почему ты не можешь позволить себе просто развлечься?
Он некоторое время молчит, ожидая ответа. Но я молчу.
— Хорошо. Весело это или нет… — он снова ухмыляется. — Ты не сможешь победить меня, если не научишься действительно что-то чувствовать и не поймешь, что не в твоих силах контролировать абсолютно все.
Внезапно я делаю шаг вперед и наношу ему удар, за которым следует еще один, который отбрасывает его на несколько шагов назад, поскольку он теряет равновесие. Я следую за ним, нанося ударную комбинацию, попадая одним из хуков ему в ребра. Резкий вздох, вырвавшийся из его легких, подстегивает меня еще больше.
Я едва осознаю, что делаю, выливая все свое разочарование на этого засранца. Колени, пинки, удары – все происходит как в тумане. Я смутно понимаю, что он тоже имеет на меня какое-то влияние, но меня это не волнует. Просто позволяю ощущению ударов по его плоти подпитывать меня, а его последние слова заставляют нанести как можно больше урона.
Пока ему не удалось отступить от меня, и его карие глаза не впились в мои. Его взгляд, который обычно полон веселья и озорства, теперь нечитабелен, поскольку выражает то, что я могу описать только как сочувствие.
Что бесит меня еще больше.
Я снова подхожу к нему, но вместо того, чтобы ударить, толкаю его к канатам, окружающим боксерский ринг. Его спина прижимается к веревкам, а я опускаю руки в перчатках на его грудь, которая поднимается и опускается в такт тяжелому дыханию.
— Полегче, Тигр, — говорит он низким, опасным голосом.
Сердце бунтует в груди, а разочарование и гнев сменяются чем-то другим. Беспокойство, которое я ощущаю рядом с ним, нарастает, и странное чувство берет верх. То, которое я не могу понять. И когда взгляд Луки падает на мои губы, это чувство только усиливается. Не могу дать точного определения, но, думаю, это что-то вроде… предвкушения.
Лука сглатывает, и мои глаза медленно перемещаются к его горлу. Но когда я поднимаю их обратно, я встречаюсь с ним взглядом.
Почему я не двигаюсь? Почему мои руки все еще на его груди? Почему он меня так бесит, но, кажется, мне хочется большего?
Он осторожно отталкивается от канатов и сокращает то небольшое расстояние между нами. Мои руки соскальзывают с его груди, но он поднимает свои руки, схватив мои локти, удерживая их на месте.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я почти шепотом.
Он так близко, что, клянусь, я чувствую его дыхание на своих губах. Глубоко внутри меня идет война, желание оттолкнуть его уступает желанию узнать, чем это закончится.
— Ты знаешь, что я тебя ненавижу, да? — слегка качая головой, спрашивает Лука.
Война возобновляется, и необходимость бороться возрастает. Я начинаю толкать его в грудь, но он удерживает мои руки на месте, не позволяя отступить.
— Но, возможно, ненависть – неправильное слово, — он выдыхает и выжидающе сморит на меня, словно задавая вопрос, на который у меня точно нет ответа.
Я медленно качаю головой, и он ухмыляется.
— Теперь должно быть очевидно, Тайлер, что я считаю тебя чертовски сексуальным, — его взгляд снова падает на мои губы. — И думаю, есть причина, по которой я проникаю тебе в душу.
— Мне не нравятся парни, — говорю я, но слышу слабость в собственном голосе.
А мои руки до сих пор не сдвинулись с места.
— Смешно, — Лука снова смотрит мне в глаза, и я внезапно осознаю, насколько участилось мое дыхание. — Ты многое теряешь.
Какого черта?
Я видел его в прошлом году с девушкой, с которой он целовался практически каждые десять минут.
И он действительно сейчас ко мне подкатывает? И я ему позволяю…?
— Но знаешь, — продолжает он все еще тихим голосом. — Чем больше ты будешь выводить меня на эмоции, тем быстрее можешь передумать.
Мои стены тут же снова встают на место, и я с силой толкаю его в грудь.
— Иди на хрен!
— Заманчивое предложение, — со смехом произносит он. — Будь моим гостем.
Наконец я отталкиваю его назад, снова создавая между нами дистанцию. Я смотрю на него, пока он стоит там, с этой ухмылкой на лице… но он что-то скрывает под ней.