Он стоит на кухне, широко улыбаясь с поднятым вверх большим пальцем над подносом с кучей кексов и печенья.
Мои глаза скользят по фотографии, и я рассматриваю беспорядок из муки, мисок и посуды рядом с кучей выпечки. Затем я смотрю на него. Его волосы в беспорядке, глаза блестят, а улыбка сияет. Это не та улыбка, которую он мне обычно дарит. Это настоящая, искренняя, счастливая улыбка. Но мое сердце трепещет, когда я понимаю, что видел эту улыбку. В последнее время я чаще замечал, как именно эта улыбка обращалась в мою сторону, вместо той дерзкой, насмешливой и чертовски раздражающей ухмылки, которую я обычно получал.
Иии… он печет? Какого хрена?
Я откладываю телефон обратно на скамейку и начинаю прибираться в мастерской.
Не обращай на него внимания, забудь его. Ничего не было.
Но это не так.
Он смог сделать то, что никому никогда не удавалось.
Заставил меня забыть и отпустить.
Я потерял контроль и позволил ему взять все в свои руки. Я потерял голову, и это было чертовски хорошо.
Он ощущался превосходно.
И я не могу перестать думать об этом. О нем. Ненавижу, что именно он заставил меня чувствовать себя так хорошо… почувствовать себя самим собой впервые за долгое время.
Я ненавижу его… и еще я ненавижу тот факт, что хочу его.
Снова смотрю на его селфи, которое все еще открыто на экране моего телефона. Глядя на его улыбку, я вспоминаю все слова, которые он сказал мне с тех пор, как мы начали тренироваться вместе. Тонкие и не очень намеки на интерес… то, как его глаза неторопливо скользят по моему телу каждый раз, когда он меня видит.
«Теперь должно быть очевидно, Тайлер, что я считаю тебя сексуальным»
Меня удивляет волнение, которое я испытываю при воспоминании об этих словах, и не только потому, что я всегда считал себя натуралом. Дело совсем не в этом. Тот факт, что я вообще чувствую волнение, перевешивает все мои вопросы о том, почему мне понравилось, когда парень отсосал мой член.
Но больше всего беспокоит то, что именно Лука вызывает такое волнение.
Внезапно в групповой чат приходит новое сообщение, и у меня трепещет что-то в животе, когда улыбка Луки заполняет экран моего телефона.
Он одет в хоккейную форму и с широкой улыбкой на губах показывает знак мира. Его волосы влажные от пота и торчат во все стороны, и я не могу сдержать улыбку на своих губах.
«Отпусти, Тай…»
Я приближаю фотографию, чтобы увидеть надпись на вывеске позади него.
Кирквуд Ринк.
Это как раз здесь, за углом…
ГЛАВА 17
ЛУКА
— Ты придешь на следующей неделе? — спрашивает меня Дэн, когда мы выходим из раздевалки на арене.
— Разумеется, черт возьми, — отвечаю я и широко улыбаюсь ему. — После этой победы я загорелся. Это было потрясающе.
— Кайф, — он протягивает мне кулак и я, поправив свою спортивную сумку на плече, незамедлительно ударяю по нему. — Ты завтра работаешь?
— Мне еще не звонили, так что, если и утром не будет никаких вестей, то, скорее всего, нет, — пожав плечами, отвечаю я.
Я не думал о нем весь день. Вчера вечером занимался выпечкой до поздней ночи, сегодня почти весь день работал, а вечером был хоккей, так что у меня не было времени слишком сильно зацикливаться на одном задумчивом ублюдке. Но, возможно, мне стоит немного поразмыслить. Это может помочь.
Или же наоборот усугубить ситуацию…
— Ну, если ты придешь, увидимся завтра. В противном случае, возможно, мы сможем встретиться и выпить как-нибудь, — говорит Дэн, когда мы выходим с арены на теперь уже темную парковку снаружи.
— Полностью за, — киваю я в знак согласия. — Просто дай мне знать, когда.
— Супер. Ну, доброй ночи, — Дэн улыбается и, помахав на прощание рукой, направляется к своей машине.
— Спокойной ночи, — кричу я, поворачиваясь к своему джипу.
Я вздыхаю, перекладывая клюшку в другую руку, чтобы снова поправить сумку на плече. Тишина поглощает меня, когда я иду по темной, почти пустой парковке. Ненавижу тишину. Это разжигает хаос в моей голове и заставляет думать о вещах, о которых я старался не думать. О вещах типа…
Тая Роско.
Я внезапно останавливаюсь перед своим джипом, и мое сердце пропускает несколько ударов.
Он стоит, прислонившись к водительской двери, скрестив руки на груди, и выглядит очень сексуально в своих черных джинсах и черной толстовке. Он ничего не говорит, просто стоит и наблюдает за мной.