Роза мягко улыбается и наклоняет голову, приглашая меня войти.
— Рада, что ты смог это сделать, Тай.
Я киваю ей и смиряюсь со своей судьбой, входя в квартиру Луки.
И это определенно квартира Луки.
Она красочная и хаотичная, повсюду растения, гирлянды, разноцветные шторы на каждом окне…
А сам хозяин-засранец, прислонившись к кухонной стойке, ухмыляется мне.
— Рад, что ты это сделал! — Адао улыбается мне, выходит из кухни и направляется в гостиную, где на большом телевизоре мигает логотип UFC, сообщающий о начале боев.
Ладно, это явно лучше, чем смотреть на телефоне…
— Эй, — неловко говорю я, в то время как все остальные машут руками и выкрикивают приветствия со своих мест в гостиной.
Лука отталкивается от столешницы и открывает холодильник, молча доставая оттуда пиво и протягивая его мне.
Я беру его, и он бросает мне одну из своих раздражающих улыбок.
— Сейчас мне ничто не помешает стереть с твоего гребаного лица это довольное выражение, — тихо говорю я, крепко сжимая бутылку пива.
— Рукой или…? — его взгляд на мгновение падает на мои губы, прежде чем он делает глоток пива и поворачивается, чтобы направиться в гостиную.
Я делаю глубокий вдох и следую за ним, подавляя легкое волнение от этой мысли.
Лука плюхается в кресло, и Ной улыбается мне, слегка отодвигаясь на диване, освобождая мне место рядом с ним.
Предварительные бои уже идут, и когда бойцы входят на ринг, я делаю глоток и оглядываю гостиную. Похоже, все здесь уже давно, поскольку на журнальном столике куча закуски, включая выпечку Луки, которую он приготовил вчера вечером. Я выдыхаю от удовольствия, еще раз вспомнив, почему Лука готовил.
— Булочку с корицей? — прерывает мои размышления голос Луки.
Я бросаю на него взгляд, и он смотрит на меня почти с надеждой.
— Э-э, нет, — я качаю головой и делаю еще глоток пива.
— Хм… — задумчиво мычит он, откидываясь на спинку кресла. — Может быть позже, — и он подмигивает мне.
Ебаный чудик.
— О, мне нравится этот парень, — вскрикивает Адао, указывая на телевизор.
На ринг входит боец из Бразилии, который, судя по тому, что я видел раньше, просто гребаный зверь. Я смотрю начало первого боя, пытаясь отвлечься ото всех, пока они продолжают болтать и смеяться над какой-то личной шуткой, по поводу боевых шорт, которые носит один из бойцов, каждый раз, стоит ему выйти на ринг.
Но… это ведь обычные шорты для борьбы…? Не понимаю, что в этом смешного.
— Но у них есть молния? — произносит Элайджа, и все смеются, а я еще больше путаюсь.
А потом меня охватывает что-то вроде раздражения или, возможно… зависти.
Черт, может быть, в переполненном баре было бы лучше.
Когда первый бой заканчивается, мой взгляд перемещается на Луку. Он улыбается, шутит и выглядит искренне счастливым. Как будто занимается именно тем, для чего он рожден, – принимать гостей у себя дома, и быть общительным, социальным человеком… очевидно, это действительно для него привычно. Когда я наблюдаю за всеми прямо здесь и сейчас, это вызывает во мне совершенно другие ощущения. Я знаю его только по залу и по совместным боям, и вся эта ситуация мне совершенно чужда.
Даже тот факт, что сейчас он сидит здесь в джинсах, а не спортивных штанах или шортах, вызывает во мне любопытство и я ловлю себя на том, что осматриваю его гостиную в поисках дополнительных подсказок, кто же такой Лука Митчелл за пределами ММА. Я вижу PlayStation с разбросанными дисками со спортивными играми, различные книги на полке рядом с телевизором и фотографию со стадиона «Сент-Луис Арена» в рамке на стене.
— Ой! — вскрикивает Себ, и я отрываюсь от своих размышлений, возвращая свое внимание к телевизору как раз вовремя, чтобы увидеть конец эпического боя.
Я ерзаю на сиденье и мысленно ругаю себя. Я здесь, чтобы смотреть бои, а вместо этого не могу оторвать глаз от ебаного Луки Митчелла и разглядываю его вещи.
Какого хрена.
Я не отрываюсь от экрана до конца предварительных боев, изучаю их технику и ошибки, проживая каждый момент из поединка. Время от времени мое внимание привлекают комментарии по типу, что у Лозано такой же стиль боя, как и у меня, или когда Себ приносит мне еще пиво, но в целом я остаюсь сосредоточенным на главной причине, по которой я здесь. И когда мы доходим до финальных боев, я наклоняюсь вперед, опираясь локтями на колени, как и все остальные.
Первая битва – Янна Трухильо и Амелия Хендрикс, и когда они выходят, Роза потирает руки и улыбается всем нам.