— Разумеется, мистер Джонсон, — сказал я. — Все неудобные вопросы можно задавать мне, поскольку я сценарист.
— Отлично! Что ж, в таком случае не будем тянуть. Разговоры — позже! Сейчас давайте смотреть кино.
Он жестом пригласил нас садиться, но тут возникла заминка. Свободные места были, но располагались они не рядом друг с другом, а на разных рядах, вразброс, между принцами и принцессами. Оценив ситуацию, Розанна испуганно вцепилась в мою ладонь.
По рядам пронеслись смешки, и острослов Манфред, любимец светской публики в Вене, провозгласил:
— Не чурайтесь нас, прекрасная фройляйн! Наш буйный нрав — это лишь досужая выдумка репортёров. Прошу, побудьте моей соседкой. Для меня это будет истинным удовольствием.
Он поднялся и указал на кресло рядом с собой. Розанна замялась. Тогда он вышел вперёд и спросил учтиво, с лёгким поклоном, как на балу:
— Вы ведь не откажетесь?
— Н-нет… — пискнула Розанна. — Я тоже… Ну, в смысле, рада…
— Теперь я счастлив.
Сон-Хи пригласил к себе корейский наследник трона, а я вдруг поймал взгляд Юлии. Та смотрела на меня с неожиданным любопытством. Я заинтриговался и, подойдя к ней, спросил по-русски:
— Вы не возражаете?
— Нет, напротив. Прошу вас.
Она привстала, пропуская меня, и я сел с ней рядом, в верхнем ряду. Кресло справа от меня пустовало, а дальше сидели китаец, которого я не знал.
Юлия смотрела на меня искоса. Внешность она имела самую заурядную, если начистоту. Сейчас, вблизи и без ретуши, это было особенно очевидно. Светло-русые волосы до лопаток, худые щёки, тонкие губы, вздёрнутый нос, серые глаза. Ей было слегка за двадцать.
Я поинтересовался вполголоса:
— Вы хотели что-то спросить, ваше императорское высочество?
— Пожалуйста, не надо так протокольно. Вы себе представить не можете, как мне это надоедает. Давайте обращаться друг к другу просто по именам. И вы правы — мне было бы любопытно узнать…
В кинозале начали гаснуть лампы, и без того светившие вполнакала. Стало совсем темно, и Юлия шепнула:
— Отложим это. Хочу увидеть ваш фильм.
Я был с ней согласен. Картину я, разумеется, видел ещё на студии, но теперь всё воспринималось совсем иначе. Там у нас был рабочий процесс, отсмотр материала, а здесь, под взглядами зрителей, начиналось кино в настоящем смысле.
Смесь волнения и восторга — вот что я чувствовал в этот миг. И это ощущение было невероятным, незабываемым.
Луч кинопроектора коснулся экрана.
На чёрном фоне в полной тишине проявился титр — чуть приплюснутые белые буквы, лаконично-строгие. Я жадно вчитался, будто не знал, что именно так будет написано.
«Сильвер Форест» представляет.
Второй титр снова прошёл без звука.
Производство «Дейт Лайн Филмз».
Зазвучали аккорды электрогитары — пока негромкие, сдержанные, но наполненные предчувствием приключений.
Розанна Бьянчи.
Пак Мин-Хёк.
Анастасия Клуманцева.
По мере того, как имена актёров сменяли на экране друг друга, аккорды становились мощнее, к ним добавлялся металлический лязг.
После трёх фамилий повисла двухсекундная пауза, а затем черноту экрана вспороли с той стороны лучи кинжального света. Смотрелось так, будто лист металла взрезали лазером в нескольких местах сразу, используя трафарет в форме букв. И все эти прорези с раскалёнными кромками сложились в название кинофильма.
Магия шита сталью.
В эту секунду гитары грянули во всю мощь. Затем, когда вновь пошли обычные титры, мелодия выровнялась, наполнившись чётким ритмом, но громкость больше не убавлялась. Гитарный драйв завораживал, звал куда-то, ведя заглавную тему.
Ещё несколько актёрских имён.
По-прежнему — просто белые буквы на чёрном фоне, под звук электрогитар.
Визуальные эффекты — от студии «Дейт Лайн Филмз».
Джеф так и не согласился на упоминание его имени в титрах…
Оператор-постановщик — Йенс Ларсен.
Композитор — Родриго Санчес.
Продюсер — Квон Сон-Хи.
Сценарист и режиссёр-постановщик — Дмитрий Свиридов.
Меня на несколько секунд захлестнуло ощущение ирреальности. В голове промелькнуло — как это вообще получилось? Всего-то месяц назад я летел сюда из Владивостока экономическим классом, чтобы заселиться в дом для приезжих, смотрел на Тихий океан и гадал, прочтёт ли хоть кто-нибудь мой сценарий. А теперь наследные принцы смотрят историю, которую я записывал в клеёнчатую тетрадь…