— Анастасия? Ну надо же… — Арина вздохнула. — Стало ещё обиднее! Вы с ней лично знакомы, Дмитрий? Хотя простите, глупый вопрос…
— Да, мы довольно много общались вне съёмок. Вы её поклонница?
— Я бы не назвала её своей любимой актрисой, но её смелостью восхищаюсь. Она ведь первая титулованная дворянка в большом кино. Пошла в своё время наперекор условностям, терпела насмешки… Говоря откровенно, я бы так не решилась на её месте. И я ведь даже не знала, что Анастасия ещё снимается…
— Я тоже не знал. Случайно нашёл её в каталоге, сразу вцепился. Наша продюсер, спасибо ей, меня поддержала.
— Продюсер — наша с тобой ровесница, — пояснила Юлия для Арины. — Этот проект вообще необычный, с какого ракурса ни взгляни. И я, пожалуй, теперь не буду допытываться, как это снималось. Понимаю, что там серьёзные коммерческие секреты.
— А я вот не понимаю, — заявила Арина, — почему всё самое интересное снимается не у нас в Империи, а за тысячи километров. Откуда вообще взялось это русско-европейское убеждение, что снимать надо исключительно реализм, унылый до крайности, но зато с психологической подоплёкой? А обсуждать в светском обществе или в художественном салоне какую-нибудь заокеанскую сказку или комедию — моветон. Я боюсь заикнуться, что выписываю красочные журналы из Нью-Пасифик, иначе у меня за спиной начнётся хихиканье. Но это же абсурд! Я не интеллектуалка, конечно, как наша Юля, но ведь и не круглая дура…
— Про великосветское общество, — сказал я, — судить не берусь, а в остальном полностью согласен. Крупнобюджетное развлекательное кино в Империи практически не снимают. Жанр считается низким и непрестижным.
— А ещё я надеялась, — сказала Арина, — что здесь, на саммите, нам устроят экскурсию на одну из студий «большой пятёрки». Но опять-таки — ничего подобного. Просто знакомят с городом. Нет, это тоже интересно, конечно, но…
— Думаю, организаторы знают, — сказала Юлия, — что большинству наследников эти студии не особенно интересны. Разве что Манфред и Изабелла съездили бы охотно. К тому же посетить одну студию — значит выделить её сразу из остальных, это повлечёт ненужные кривотолки.
— Юль, я всё понимаю. Просто досадно — приехала, но ничего не вижу.
— Если хотите, — предложил я, — могу вам устроить прогулку по «Сильвер Форест». Это не «большая пятёрка», правда, и тем не менее.
— Дмитрий, это было бы замечательно! — обрадовалась Арина. — Фильмы от «Сильвер Форест» мне тоже нравятся. А там есть ненастоящие улицы, где только фасады? У меня именно они почему-то ассоциируются с кино.
— Да, улицы в наличии.
— Тогда мне уже не терпится. Завтра можно?
Юлия засмеялась:
— Дмитрий, вы проявили неосторожность. Теперь эта интриганка вас не отпустит. Сядет на шею и ножки свесит.
Я чуть не ляпнул: «Такие ножки — пусть свешивает», но вовремя прикусил язык. Спросил у княжны:
— А сами вы на студию не хотите?
— С удовольствием бы поехала, но мне надо участвовать в протокольных мероприятиях. И знаешь, Арина, тебе завтра лучше поучаствовать тоже. Ты же не бросишь меня одну? А вот послезавтра развлечётесь уже вдвоём, без меня.
— Да, действительно, — согласилась Арина. — Тогда послезавтра, где-нибудь во второй половине дня? У вас будет возможность, Дмитрий?
— Для вас — всегда, — провозгласил я браво.
— Я и не сомневалась, — сказала Юлия.
Мы ещё с час сидели в кофейне, обсуждая то наш сегодняшний фильм, то кинематограф вообще. Я рассказал несколько историй со съёмок — про наши кастинги, про газетчиков и про то, как мы нашли композитора. Юлия слушала с интересом, Арина — с мечтательным выражением на лице.
Зашёл разговор и о планах студии. Арина сказала:
— Главное, чтобы не было скучно! Я, например, как зрительница хочу увидеть в кинотеатре что-то такое, чего не бывает в жизни. Чтобы интересный сюжет с красивой картинкой. И с убедительной актёрской игрой, но без лишней зауми. Или я уже слишком капризничаю?
— Нет, пока в меру, — оценил я. — Примерно в этом направлении мы и пробуем что-то сделать. Будем стараться.
На этом мы распрощались.
Я проводил барышень до лифта, а сам забрал из гардероба пальто и вышел на улицу.
Если судить по календарю, зима шла к концу, но в реальности она не желала сдавать позиции. Скорее, наоборот, спохватилась и дыхнула морозным ветром. Звёзды заволокло тяжёлыми тучами, срывались снежинки.