Замерцали папиллярные линии, их отсветы проникли в кристалл, который наполнился синеватыми искрами. Ребекка сжала кулак, и её лицо перекосилось от боли. Взгляд помутнел, она застонала, скрутилась в судороге.
Так продолжалось несколько секунд, а затем Ребекка обмякла. Ладонь разжалась, и на обивку дивана просеялась синеватая пыль, в которую превратился кристалл. Сюзанна, замерев в своём кресле, наблюдала со страхом и отвращением.
Ребекка пришла в себя через полминуты. Тяжело поднялась, брезгливо отряхнула ладонь. Сходила на кухню, выпила там воды. Шагнула к Сьюзи и отлепила ленту с её лица.
— Ты хоть представляешь, — спросила Сьюзи, — насколько мерзко это смотрелось?
— Догадываюсь, — сказала Ребекка ровно, разрезая ленту на подлокотниках. — Издержки профессии.
— Вот я тебя и спрашиваю — какой идиоткой конченой надо быть, чтобы согласиться на такую работу?
— Я была чуть старше тебя, жила в нищете. Когда оказалось, что у меня высокая совместимость с кристалл-имплантами, подписала контракт. Вот и вся история.
— Дура.
— Хватит, Сюзанна. Если хочешь взбесить меня, придумай способ поинтереснее.
Они вышли из квартиры.
Стоп-кадр.
Мы вернулись в офис, я взялся за сценарий.
Было уже понятно, что этот фильм получится короче, чем первый, причём значительно. Здесь было меньше персонажей и, соответственно, разговоров.
Был даже риск, что, спрямив интригу, я получу в итоге совсем уж куцый хронометраж, неприемлемый для кинопроката.
С другой стороны, экшн-сцены здесь получались более длинными. Так что в совокупности я рассчитывал приблизительно на восемьдесят минут.
А если учесть, что наша машина в любой момент могла отказать, короткий сценарий становился почти необходимым условием…
Зайдя в павильон, я понаблюдал, как Йенс обрабатывает сцену возле моста, затем поинтересовался у Джефа:
— Слушай, я понимаю, что это будет выглядеть как гадание на кофейной гуще, но тем не менее — возможен ли хоть какой-то прогноз? Ну, в смысле, как долго ещё машина будет работать?
— Без понятия, Дмитрий, — мрачно ответил он. — Сам голову ломаю, но просто нет критериев, чтобы дать такую оценку. Не с чем сравнить. И вообще, неделя получается вкривь и вкось. Вот с Рози вчера… Хотя её тоже можно понять, она ведь не виновата…
— Не виновата в чём? — спросил Йенс.
Джеф скривился, но объяснил:
— Вчера попросила меня после работы свозить её в пиццерию. Дескать, уже соскучилась по итальянской еде, а там настоящие итальянцы готовят… Ладно, почему бы и нет? Поехали. Взяли пиццу, сидим нормально. Тут вдруг за соседними столиками зашевелились — Рози кто-то узнал. Стали подходить за автографами, расспрашивать, то да сё. Мне стало надоедать, а потом ещё и заметил — какие-то два козла на меня уставились с понимающими ухмылочками. Ну, в том смысле, что Рози — это звезда, а я рядом с ней — star fucker… У меня аж кулаки зачесались. Эти два клоуна лыбиться перестали и свинтили оттуда резко, но настроение испортили капитально. Рози это заметила. Ну, ей тоже не в радость, ясное дело, что я сижу с кислой рожей. На обратном пути в машине высказали друг другу…
Махнув рукой, Джеф умолк, а у меня нашёлся единственный комментарий:
— Да уж.
И мы вернулись к своим делам.
Следующая сцена была незамысловата по содержанию, если рассматривать её в целом, но подразумевала кучу визуальных деталей. Их надо было задать конкретно, чтобы машина отобразила именно то, что я хотел видеть на экране.
Дело продвигалось со скрипом, приходилось периодически делать паузы, чтобы прокрутить в голове тот или иной фрагмент эпизода. В итоге я провозился до вечера, но так и не закончил.
Я отвёз Джессику с Анастасией домой, по пути мы взяли еды в азиатской будочке. Перекусив на скорую руку, я взглянул на часы и снова раскрыл тетрадь со сценарием. Но прежде чем возобновить работу, позвонил Коллинз.
— Газету видел, — сказал я ей. — Ну, в общем, ничего так, живенько получилось. Ты хорошо отработала.
— Насчёт заголовка слегка погавкалась с шеф-редактором, но дядька не без юмора, согласился в конце концов. Сегодня пришла в редакцию сдавать пятничный обзор — там все дико ржут при виде меня, а фразу цитируют, как пословицу.
— Мои поздравления.
— Всё, Свиридов, не отвлекай. Я вчера опять по делам моталась до поздней ночи, толком не выспалась. Ныряю в кроватку, тебе желаю того же. И пошлых шуток на эту тему не надо, даже и не пытайся.