Мы чокнулись. Йенс сказал:
— И тебе спасибо. Твоя ведь была идея позвать меня в операторы? Соглашусь, было клёво. Но всё-таки интересно, как фильмы пройдут в прокате.
— Ага, — сказала Розанна. — Дрим-каст собрали, теперь будем ждать бокс-офис!
Глава 22
Кончился март, начался апрель.
Всё ближе была премьера нашего дебютного фильма. Первый кинотеатральный показ планировался двадцать пятого апреля, в четверг — сразу по всему миру. В Азии фильм прокатывала студия Квона-старшего напрямую, через свою сеть кинотеатров. В Америке и Европе за дело брались местные сети, им полагалась доля от выручки.
А тем временем я сочинял роман.
Это не была пока интенсивная работа над текстом — только наброски плана и пробные отрывки на страницу-другую. А в основном — обдумывание концепции и сюжета.
Идея проросла из моих размышлений в марте насчёт того, писать ли книгу нон-фикшн. А ещё — из рассказов Рози о её съёмках в историческом фильме.
Невольно я сам задумался об истории Нью-Пасифик, в которой хватало удивительных поворотов. И даже сходил в городскую библиотеку — без практической цели, просто захотелось освежить в памяти информацию.
Проторчал там до вечера — зачитался.
До девятнадцатого века гигантский остров, больше Гренландии, оставался необитаемым — из-за уникальной комбинации ветров и течений, которая делала его практически недоступным для парусных судов, особенно в южной части. Только с изобретением пароходов получилось добраться до северной оконечности, где и возник Нью-Пасифик-Сити.
Причём добрались экспедиции сразу нескольких государств, почти одновременно. Клубок интриг получился знатный. Переговоры растянулись на годы, но компромисс нашли-таки в результате — организовали совместное управление.
Механизм был, увы, громоздким и малоэффективным. Кончилось тем, что к началу нынешнего столетия остров превратился в независимую Тихоокеанскую республику. А в прессе, с лёгкой руки кого-то из англичан, закрепилось неофициальное, зато исчерпывающее название — The Largest Island. Для краткости — Эл-Ай.
«От Эл-Эй до Эл-Ай», — говорили, подразумевая «переться в несусветную даль, за тридевять морей».
Экономически остров стал территорией с особыми условиями для бизнеса. Американцы называли это «офшором», а немцы «налоговым оазисом». Плюс к тому — дополнительные льготы конкретно для киноиндустрии.
В общем, история была интересная.
Но в последнее время я слишком привык выдумывать фантастические сюжеты. И по дороге из библиотеки домой неожиданно для себя задался вопросом — а если бы Эл-Ай так и не открыли в девятнадцатом веке?
Если бы, например, течения и циклоны по периметру острова были ещё мощнее и не давали бы пройти даже современным судам? А все подходы к удобным бухтам перекрывались бы подводными рифами?
Если бы на остров можно было добраться только воздушным транспортом, в короткие промежутки между штормами? И массовая колонизация оказалась бы в принципе невозможной?
Мне представилась ничейная территория, с юридическим статусом как у Антарктиды, к примеру. И небольшой городок где-нибудь на южном побережье Эл-Ай, в курортных субтропиках. Там останавливаются учёные, прилетевшие исследовать остров. А ещё там обосновались официальные представители всех значимых стран — присматривают друг за другом, а также пользуются возможностью обсудить между собой деликатные международные темы — официально, если потребуется, но в основном кулуарно. Этакая глобальная политическая курилка…
Но если уж это город, пусть даже небольшой, то там должна иметься служба правопорядка. Какая-нибудь контора шерифа со строго ограниченной компетенцией — только бытовые вопросы, никакого вмешательства в дипломатический протокол. Шерифа, впрочем, и так заранее тошнит от политики, он обходил бы её за три километра, но тут в городке случается что-нибудь из ряда вон выходящее…
Ну, скажем, в общественном месте, где-нибудь в парке, у атташе из европейской страны пропадает кейс с секретными документами…
Фильм на такую тему был бы, наверное, скучноват, а вот роман при верной подаче мог бы увлечь читателя.
Да, я отдавал себе отчёт в том, что этот сеттинг выглядят несколько искусственно, но идея меня уже захватила. Начал прорисовываться сюжет, появилось рабочее название для романа — «Кулуарная гавань».
В общем, наклюнулся детектив в поджанре, который у нас в Империи мне ещё не встречался, а у англосаксов именовался alternate history.