— Нет, не очень, — ответил тот. — Кино снимать он не сможет, а патент на саму конструкцию — у меня, как и раньше. Мы ему отдали только железо, которое для него бесполезно. А чисто для науки я новую машину, если что, сделаю без проблем. Деньги теперь есть.
— И всё-таки грустно, что «Дейт Лайн Филмз» закрывается, — вздохнула Сон-Хи. — Хорошее время было.
— А что вы будете теперь делать? — спросила Джессика. — Про меня-то вы и так знаете, я давно рассказала. А вот ты, Дмитрий, например?
И все они посмотрели на меня с любопытством.
Эпилог
Из Нью-Пасифик-Сити я улетал восьмого июня, в субботу.
Лето хозяйничало на побережье. Солнце сияло, но предполуденный зной смягчался солоноватым бризом, веющим с моря.
Проводить меня приехали все соучредители «Дейт Лайн Филмз», мои здешние друзья. А Розанна даже отпросилась на «Праймери» до обеда.
За эти две недели мы уладили все формальности, связанные с закрытием нашей студии. На бумаге она должна была сохраниться до конца проката второго фильма, чтобы все причастные получили долю от прибыли, а налоги ушли в казну, но текущая деятельность уже прекратилась.
Затем оба снятых фильма должны были перейти в распоряжение «Сильвер Форест». Их дальнейшую судьбу предстояло определять уже Квону-старшему — в отношении повторного проката, к примеру, если будет резон. Ну, или насчёт возможной продажи прав телевизионщикам.
Всей этой бюрократической хренью занимались Сон-Хи и Джессика при поддержке Мей-Лин и Рейчел. Я только ставил подписи как соучредитель, но даже мне надоело.
Джессике в эти дни приходилось труднее всех. В последнюю неделю мая она крутилась, как белка в колесе, ужаленная под хвост. Даже по ночам не спала, по-моему, сидела в конторе. Но успела-таки дооформить отчётность, требовавшую её личного внимания. Остались технические мелочи, их взяла на себя Мей-Лин в компании с юристами «Сильвер Форест».
А Джессика в первую неделю июня вышла на стажировку в корпорации «Джаспер Уэйл», которая занималась трансокеанской торговлей.
Даже сейчас, когда мы стояли у кромки лётного поля, Джессика выглядела уставшей. Помаргивала, как будто опасалась заснуть.
— Когда улечу, — сказал я, — едешь домой, ложишься в кроватку и дрыхнешь до понедельника. Поняла меня?
— Так и сделаю, Дмитрий, — улыбнулась она. — Всё выполню в точности.
— Как ты на новом месте? — спросила её Сон-Хи.
— Очень нравится. Я была готова к тому, что меня сначала загрузят совсем уж примитивной работой…
— «Принеси кофе» или типа того? — скривилась Розанна.
— Ну, не настолько. Думала — буду разбирать какие-нибудь завалы третьестепенных бумаг, сортировать их…
— И ты бы согласилась? Серьёзно, Джесс? Головой подумай! У тебя денег теперь полно, а ты нанимаешься разгребать всякий хлам. Вот просто не понимаю такого.
— Но я люблю работать, — сказала Джессика. — Хочу честно сделать карьеру с самых низов, вот как раз в такой корпорации. Хотя иногда новые коллеги и вправду на меня смотрят, как на сумасшедшую. Видели репортажи с премьеры, где я иду вместе с вами, и удивляются, почему я теперь у них… Ну, в общем, неважно. Главное, что перебирать бумажки никто меня не заставил. Моя начальница тоже знает, конечно, что я работала в «Дейт Лайн Филмз», поэтому мне поручили сразу довольно интересное дело…
— Ой, только без подробностей, я тебя умоляю. Как представлю себе эту «интересность», так уши вянут заранее.
Джессика опять улыбнулась и промолчала.
— Ну, а ты, Рози? — поинтересовался я. — Чем похвастаешься, если не считать фотографий во всех журналах по обе стороны океана?
— Люблю фотографироваться — и что? А вообще, сейчас вот озвучим фильм, а потом меня приглашают в кинокомедию. Сценарий глянула — ну, в принципе забавно. Ещё подумаю. Там бюджет у них маленький, а я во всякой дешёвке сниматься не собираюсь…
В полусотне шагов от нас стоял белый «кадиллак», который Розанна себе купила, когда пошли доходы с проката. Рядом с машиной застыл телохранитель-шофёр — в костюме, при галстуке и в солнцезащитных очках. Он наблюдал за нами, не отрываясь.
— Когда озвучку закончим, — продолжала Розанна, — буду работать с тренером по английскому языку. Ну, чтобы акцент убрать. И чтобы ни один умник больше не заявил — ой, вы нам не подходите, дескать, из-за произношения. Сама теперь буду определять, кто мне подойдёт, а кто не особо…
На маленьком аэродроме было на удивление тихо. Стояли три бизнес-джета, но лишь один из них готовился принять пассажиров. Собственно, я мог уже сейчас подняться на борт, но пара минут в запасе ещё была.