Затем молодого врача погрузили в гипнотический сон, и на его левой руке был зажат небольшой кусочек кожи. Но так как ему было внушено, что боль отсутствует, он вел себя спокойно. Одновременно к симметричному участку правой руки приложили тупой конец карандаша и внушили, что произведен ожог раскаленным железом. Наступила резко выраженная болевая реакция. Вслед за этим вокруг точки, к которой прикладывался карандаш, с особой осторожностью обводилась пальцем широкая зона и гипнотизируемому говорили, что она целиком болезненна (обе его руки были забинтованы). После пробуждения испытуемый утверждал, что во всей обведенной зоне правой руки он испытывает боль, в то время как кожа левой руки совершенно безболезненна. Когда была снята повязка, испытуемый не чувствовал боли, хотя видел, что кожа левой руки травмирована. В то же время кожа правой руки была резко болезненна, хотя никаких признаков повреждения на ней нельзя было обнаружить.
В следующий раз испытуемому, находившемуся под гипнозом, ввели под кожу новокаин и внушили, что вся обезболенная область отличается крайней болезненностью.
И, действительно, после пробуждения испытуемый начал жаловаться на сильнейшие боли в области, фактически лишенной чувствительности.
В первом случае созданный внушением стойкий очаг возбуждения в коре головного мозга подавлял все болевые импульсы, поступавшие по нервным путям в соответствующие чувствительные зоны. Во втором случае стойкий очаг возбуждения создавался в определенной чувствительной области коры мозга, и испытуемый проецировал боль в неповрежденную и даже обезболенную область. Длительность этих «ложных» ощущений зависела от стойкости созданного словесным внушением очага возбуждения в коре головного мозга. Эти опыты еще раз говорят о том, что кора головного мозга играет ведущую роль в восприятии, «осознании» и подавлении боли.
Восприятие и преодоление боли в немалой степени зависит от типа высшей нервной деятельности. Экспериментатор должен уметь отличать порог болевого ощущения от реакции на боль. Когда Лериш говорит: «Мы неравны перед лицом боли», это в переводе на язык физиологии значит, что люди по-разному реагируют на одно и то же болевое раздражение. Сила раздражения и порог его могут быть одинаковы, но внешние проявления, видимая реакция совершенно различны.
Тип высшей нервной деятельности в значительной степени обусловливает поведение человека в ответ на болевое раздражение. У людей слабого типа, которых Павлов относил к меланхоликам Гиппократа, быстро наступает общее истощение нервной системы, а иногда, если во время не наступало охранительное торможение, — полное разрушение высших отделов нервной системы. У людей возбудимых, безудержных внешняя реакция на боль может принять чрезвычайно бурый, эффективный характер.
Слабость тормозного процесса приводит к тому, что предел работоспособности клеток больших полушарий оказывается перейденным и развивается крайне болезненное наркотическое или психопатическое состояние. В то же время люди сильного, уравновешенного типа по-видимому легче подавляют болевые реакции и умеют выйти победителями в борьбе с тяжелейшими болевыми раздражениями.
Вопрос этот очень далек от своего разрешения и потребует многих лет кропотливого изучения.
Глава 3
РЕЦЕПТОРЫ И НЕРВНЫЕ ПРОВОДНИКИ
Для жизни любого организма необходим обмен веществ с окружающей средой. Из внешней среды организм получает необходимые ему энергию и питательные вещества. Внешняя среда направляет, регулирует и организует его жизнедеятельность, создает определенные условия для его существования.
Отличительной чертой русской, и особенно советской, физиологии является изучение деятельности животного организма в его тесном взаимодействии о внешней средой.
Многочисленные исследования, особенно работы последних лет, показали, что процессы, протекающие внутри клетки, тесно связаны с составом и свойствами среды, в которой она живет. Среда определяет основные особенности жизнедеятельности клетки, ее возбудимость и реактивность, переход от состояния покоя к возбуждению и наоборот.
Наряду с внешней средой, у сложных многоклеточных организмов в процессе эволюции возникает и развивается своя собственная, так называемая внутренняя среда. От внешней среды она ограждена особыми приспособлениями, или механизмами.
В то время как одноклеточные организмы (например амебы и инфузории) всей своей поверхностью соприкасаются с внешней средой и из нее черпают необходимые им питательные вещества, у животных, организмы которых состоят из многих миллиардов различных по своему строению и деятельности клеток, органы и ткани отгорожены от внешней среды. Клетки внутренних органов рыбы не омываются пресной водой реки или соленой водой моря, в которой она живет. Точно так же клетки печени, сердца, селезенки и других органов человека никогда не приходят в непосредственное соприкосновение с атмосферным воздухом и не получают от него необходимый ему кислород.