Когда до результатов экзамена остается всего какой-то месяц, когда все лето наполнено соревнованиями, когда получение места в университете висит на волоске, а Олимпиада состоится уже через тринадцать месяцев, он оказывается под пристальным вниманием не только своих сверстников, близких друзей, товарищей по команде и семьи, но и всей страны! Никогда еще в жизни давление не было столь сильно, ставки — высоки, а эмоции — натянуты, глубоки, изменчивы и шатки. Он не позволит какой-то дурацкой ночи в Брайтоне все разрушить. Этой ужасной ошибки не должно было случиться. Но она все же произошла, и теперь он должен стереть ее из памяти! Вырвать из своей души, как будто ничего не было, забыть о самом ее существовании и снова стать тем, кто всегда превосходил ожидания и делает это до сих пор! Но все это невозможно, когда Лолы нет рядом. Лола — его бриллиант, его драгоценность, его жемчужина, его половинка, олицетворение силы, сострадания и любви. Лола — единственный человек, с которым ему не нужно носить маску, который знает все его недостатки и страхи и все равно любит его. Он не может ее потерять, потому что без Лолы его жизнь просто лишена всякого смысла и не имеет значения, а он становится никем. Даже хуже: притворщиком, самозванцем, оболочкой. А внутри он мертв.
Только заслышав звук шагов, он вдруг осознает, где находится: лежит, свернувшись калачиком на полу гостиной возле дивана, подтянув колени к груди, дрожа в футболке и пижамных штанах и прижимая подушку, чтобы согреться и успокоиться. Ему казалось, что он ведет себя тихо, молча плачет, вжавшись лицом в диванную подушку, но, когда поднимает голову, неожиданно видит угрюмого Лоика, застывшего в дальнем конце комнаты, у подножия мраморной лестницы. Своими тонкими светлыми волосами и бледной кожей он напоминает маленький призрак в огромной комнате, который освещает лишь лунный свет, льющийся из больших эркерных окон. А если не призрак, то неподвижную статую, идеально соответствующую редкой, но дорогой мебели вокруг него.
От шока и унижения Матео теряет дар речи — он не может скрыть слезы и не понимает, почему его брат внезапно тут оказался. Лоик очень боится привидений и обычно никогда не спускается вниз один и уж тем более без света. Вдруг Матео осознает, что понятия не имеет, как долго Лоик тут стоит и наблюдает за нервным срывом своего старшего брата. Он даже не может припомнить, чтобы вообще плакал перед ним… Охвативший его стыд вызывает только одно желание: сорваться на него и послать куда подальше, но он рыдает еще сильнее, не в силах говорить. Он судорожно и неконтролируемо ловит ртом воздух, что обычно сопровождает безудержное рыдание, его щеки мокрые от слез. Закусывает сжатый кулак и пытается задержать дыхание, но воздух вырывается из легких прерывистым звуком. По какой-то причине молчаливое потрясенное присутствие Лоика еще больше его расстраивает. Он снова старается перевести дыхание, с силой трет лицо ладонями, зажимает рот рукой и предпринимает отчаянную попытку набрать достаточно воздуха, чтобы отправить Лоика обратно спать. Но с каждой попыткой заговорить его слова прерывают удушливые рыдания.
Лоик не отрывает глаз от лица Матео. Он выглядит подавленным, его обычно жалобный взгляд сменила глубокая печаль, но без тени потрясения или страха. Он делает к Матео четыре размеренных шага, его босые ноги неслышно ступают по мраморному полу, и медленно, словно приближаясь к дикому животному, опускается на колени в паре метров от него. Осторожно протягивает руку. Матео не сразу понимает, что его младший брат держит смятый платок, но все же не может его поблагодарить. Поэтому просто кивает, забирает платок и вытирает им щеки. Горло по-прежнему сжимается, так что он медленно выдыхает и опускает взгляд в пол, к разделяющему их пространству.
Сделав еще несколько вздохов, он наконец шепчет:
— Спасибо.
— Пожалуйста. — Голос Лоика тоже звучит не громче шепота, но спокойно и более взросло, чем обычно. — Хочешь, чтобы я ушел?
Сосредоточив взгляд на одной точке, Матео неторопливо дышит ртом и пытается сохранять спокойствие.
— Н-нет. Конечно, нет.
— Не думаю, что слышал кто-то еще, — будто прочитав мысли брата, говорит Лоик. — Я проснулся, потому что захотел в туалет, но увидел, что в твою комнату открыта дверь, а тебя самого в постели нет. Так что я пошел тебя искать.