Городской встал напротив меня и начал с обычных движений любинской молодежи. Подыграть ему мне не составило особого труда. Надо признать, мы неплохо смотрелись, будучи одетыми по одинаковому спортивно. Но когда трек загремел на всю мощь, движения юриста стали в сто раз более резкими и отрывистыми. Ему нравилась электронная музыка, что тут таить. А в сравнении с тем, что я видела в Любинском, когда крутили непонятный русский R'n'B, и он танцевал с Катькой, сейчас мужик просто озверел.
Я попыталась отойти в сторону, но юрист сделал круг и начал вытанцовывать у меня за спиной. А при очередной моей попытке к бегству, положил руку на мой живот. Я не относила себя к обществу кинестетиков, поэтому грубо откинула конечность и развернулась. Городской изобразил насмешливый поклон, не прерывая при этом танца. Я не разбиралась в стилях, но судя по неожиданным поворотам "сюжета", он не был приверженцем чего-то одного. Очевидным было лишь, что танец соответствовал характеру танцора. Юрист Дмитрий из "Права" жил в полной гармонии со своим телом.
В определенный момент, я поняла, что мы снова танцуем в плотном контакте, но на этот раз лицом к лицу. Становилось жарко, я буквально чувствовала, как вспотело лицо.
"Самара, Омск, Казань, Магадан, Ростов, Уфа, Иркутск. Давай, давай!".
Судя по движениям губ, Дмитрий ещё и пел.
"Тула, Грозный, Орел, Томск, Москва, Петербург. Давай, давай! Ты зажигай!".
Под конец трек становился ещё громче и ритмичнее. Было удивительно, как никто из нас не наступал друг другу на ноги.
"Сочи, Тверь, Тамбов, Тюмень, Владивосток, Архангельск, Пермь, ммм, Рублёвка. Йес!".
По мере того, как музыка стихала, мы замедляли движения. Краем глаза, я заметила, что то же делают и другие. Когда трек закончился, городской сдул прилипшие ко лбу волосы:
— Пить?
— Давай, — кивнула.
Мы снова прошли к стойке. Музыка сменилась на более медленную. Дмитрий дал какой-то условный знак бармену и тот поставил на стойку два бокала с псевдо-ликером, который я пила раньше. На этот раз их украшали вишни.
— Что это? — спросила.
— Пиноколада, — улыбнулся. — На двадцать процентов кокосовый сироп.
Я отпила. То же самое.
— Ещё там ананасовый ликер, но намного меньше. В основном белый ром, конечно.
— Я не запьянею?
Мужик удовлетворенно сощурился. Мысленно я перебрала имена всех апостолов из Библии.
— Спать не хочешь? — спросил вместо ответа.
— Нет.
— Отлично.
Он снова выпил свой бокал залпом и повел нас на прежнее место. К счастью, медляк как раз кончался и начиналась очередная ритмичная мелодия.
— Повторяй, — встал рядом.
Городской резко развернул в пол-оборота и показал серию движений, которую можно было назвать не иначе как "сломай, все руки, ноги, а заодно и шею". Я попыталась повторить хотя бы половину. Юрист тут же показал мне на ошибки. Стало очевидным, откуда у него такая пружинистая походка. Скорее всего, под его штанами прятались икры непомерных размеров.
— Ещё раз, — потребовал.
Мы начали двигаться вместе. Не помню, сколько это продолжалось. В определенный момент рядом с нами не оказалось никаких людей.
— Неплохо, — отозвался, когда снова начался медляк. — Пить?
Я выгнула бровь.
— Посидеть?
— Можно.
Дмитрий кивнул и разминая плечи, повел нас к мягкой зоне. Когда я села, он куда-то испарился. Посчитав, что мужику возможно, захотелось в туалет, я вольготно устроилась на мягком красном диванчике. Мышцы ног ныли просто неимоверно, никогда бы не подумала, что способна на такие финты.
— Что ты тут делаешь?
Со стороны соседнего сектора подплыл невысокий, подтянутый мужик, с короткими ногами. От него пахло перегаром.
— Сижу. А что?
Когда подошёл Дмитрий, незнакомец был готов опуститься рядом со мной, только чтобы ответить на вопрос. К счастью, при виде городского с двумя бокалами в руках, мужик быстро вскочил и удалился.
— Держи, — протянул очередной кокосовый коктейль.
Я взяла его в руки, но пить не стала. Судя по запаху, в этом бокале доза спиртного значительно преобладала над сиропной частью. Это было подозрительно, если не сказать больше. Двадцать два года я ежедневно наблюдала, как спиваются другие и точно не собралась следовать их дорогой.
Из-под стойки дидижея покатил искусственный дым. Лазерный проектор окончательно сошел с ума — в воздухе побежали трехмерные картинки. Подпирающие стенки люди потянулись к центру. Прямо перед нами какой-то парень подошел к танцующей в коротком ультрамариновом платье девушке. Лиц было не разглядеть. Женский танец казался предельно откровенным, но то, что сделал молодой человек — побило все рекорды. Стоя за её спиной, он резко засунул руки танцующей под юбку.
Если бы это была чья-то девушка, а мы находились в Любинском, мужик бы получил в борщ сию же минуту. Но это была "Атлантида". Девушка потерлась о мужика своей задницей и даже не поворачиваясь, продолжила танцевать, пока тот, возможно, залезал ей в трусы.
— Нравится?
От неожиданности, я чуть не опрокинула бокал. Мы сидели в паре тройке метров от танцпола, на небольшом возвышении. Дмитрий успел перекинуть руку через спинку диванчика и нагнуться над моим ухом. Он него веяло кокосом и алкоголем.
— Мне бы хотелось сказать, что это не привычная местному глазу картина, но врать — не мой стиль.
Его рука с витиеватым шрамом отняла кокосовый коктейль и поставила тот на стол. Я вытерла влажные ладони о штаны.
— Если бы меня спросили, где можно переспать с первой встречной — я бы без промедлений назвал "Атлантиду", — усмехнулся. — Это не закрытый клуб, но тут часто зависают кошельки. Бабы перебирают всех, авось попадётся тот нужный. Парни, в принципе, тоже. Никогда не знаешь, откуда у бабы деньги на дорогую выпивку или столик в вип-зоне…
Я поискала взглядом коротконого. Не подумал ли тот лишнего?
— … но если почти все мужчины приходящие в одиночку ищут одноразовой связи, то с женщинами сложнее. Я думаю, это зависит от возраста. Чем старше — тем вероятность больше. Ну, и спиртное. Это тоже важный фактор…
— Я тебе, получается, баб мешаю сегодня кадрить?
Взгляд Дмитрия был устремлен в сторону: "развратный" парень повел девушку к одной из колонн, которая вполне могла скрыть их танцпола, но не от сидящих мягкой зоны. К их счастью, последняя никаким образом не освещалась — мы сидели в темноте. Пара даже не стала обнажаться. Я потянулась в их строну, в попытке рассмотреть детали. Они хоть предохранялись?
— Кира, — городской положил руку мне на спину и надавил, — Любопытной варваре на базаре нос оторвали.
Мой нос ответить не мог, будучи впечатанным в кожаную обивку. Я ждала, когда юрист уберет свою руку и я сяду, но это не происходило. Более того, он опустил свою конечность в район моей оголенной поясницы.
— Сегодня я не хочу одноразового секса, — признался.
— Если ты думаешь, что в клубе можно найти "ту самую", то я развожу руками, — пошевелила конечностями.
Дмитрий забавно улыбнулся и погладил мои руки. Я воспользовалась моментом и снова села, но и тут была застанута врасплох — юрист притянул меня к себе, одной рукой сковав мои запястья на коленях, а другой обхватив шею. Опять у него горячие ладони.
— Кира, — позвал низким голосом.
— Что?
Далее могло случиться что угодно, но почему-то, случилось это: городской меня поцеловал. В моем представлении поцелуй был связан со всем чем угодно, только не с ним. Я автоматически попыталась отстраниться, но юрист усилил давление на шею. Мне пришла в голову идея ударить его лбом в нос, но как ни странно, действие не показалось оправданным, а держал мужик крепко. Тогда я плотно закрыла рот. Дмитрий резко укусил мою нижнюю губу — план полетел к чертям. Поцелуй городского можно было назвать каннибальским. Грубый, влажный и глубокий. Я попробовала представить на его месте Андрея или того же Валета из Любинского, но те не позволяли себе такого и близко.