— Куда ты Леночку дел, Казанова? — уселась снизу.
— Бросил где-то во дворах.
— Серьезно что ли?
— Нет. Ещё в душе кинул.
Я вскарабкалась до позиции Дмитрия, должно быть, с десятой попытки.
— Ну и что теперь?
— Лезь дальше.
Легко сказать, когда сам уже спрыгнул.
— Расшибусь.
— Даже не мечтай, на кой я тут стою?
Под пристальным взглядом городского я пролезла ещё полметра.
— Не за что зацепиться.
— Тогда воспользуйся поверхностью. Вжимайся.
Да ну нафиг?
При попытке воспользоваться советом я сорвалась. Стоящий снизу Дмитрий даже не дал мне пролететь высоту моего роста. Оказывается, все это время он страховал мне спину.
— Не останавливайся.
Долезть до конца я смогла лишь на закате и это была попытка номер двадцать три. Пот струился с меня ручьями, все тело ныло. Собрав снаряжение, мы двинули к шкафу. На скамье неподалеку шнуровался Радион. Увидев его, я решила подойти.
— Даже не думай, — Дмитрий взял меня за локоть. — Я с ним уже поговорил.
— О чем? — удивилась.
Юрист открыл наш шкафчик и дал мне полотенце с одеждой:
— Поговорим потом.
Учитывая, что пот застилал мне глаза, это была рабочая идея. Я вернулась в раздевалку, в надежде, что парни дождутся меня и мы снова проводим Радиона до остановки, но заведующего кафедрой уже не было. Меня ждал Дмитрий, тыкающий в кнопки телефона.
— Женщина, тебе надо купить шапку для волос, — изречение явно носило недовольный характер, но было сказано с веселой ухмылкой.
Он снова подвёз меня до дома. За пять минут поездки его дорогой плоский телефон, лежащий рядом с GPS навигатором, засветился несколько раз.
— У тебя телефон звонит, — сказала.
— Ага. Скажи, прав ли я, предполагая, что тебе не нравятся рестораны?
Вопрос застал меня врасплох.
— Обмыть твою работу на новом месте, — пояснил.
Предложение оказалось неожиданным, но интересным. Я ещё не ходила в рестораны, да и не отмечала подобные даты с коллективом.
— Зарплату выдадут в конце месяца, — прикинула. — То есть в субботу или воскресенье уже можем сходить.
Юрист кивнул и посмотрел на часы:
— Вылезай.
Он снова зашел со мной в квартиру и увел Чару на прогулку, пока я копошилась в ванне. Удивительно, но раньше я не думала, что городскому, наверное, нравились животные. Если не все, то хотя бы собаки. Когда юрист пришел, я пригласила его на чай. Он снял с догши ошейник и положил на полку:
— Я бы очень хотел, но сегодня не могу.
— Конечно, — удивилась его интонации. — Без проблем. Завтра ведь на работу.
Городской внимательно оглядел меня, плечом опирающуюся на косяк двери:
— Я мог бы прийти на чай завтра. Когда ты кончаешь?
— В десять. Не вариант.
— Не вариант, — повторил, кивнув. — Я что-нибудь придумаю.
Интересно, что? Городской поправил кепку:
— "Каждый грамотный ребенок должен твердо знать с пеленок: если вас зовут купаться, в телевизоре сниматься, обещают дать конфет, отвечайте твердо нет". Поняла, сердоболья? Нет, даже если у человека отец инвалид и куча детей в салоне зовут маму.
После выдачи профессионального совета, юрист наградил меня шаловливой белозубой улыбкой и убежал. А я закрыла дверь и пошла пить чай с бутербродами под вечерний выпуск новостей.
В понедельник я снова была на работе.
Надо признать, работа продавца-консультанта была достаточно однообразна. Не считая возни с бумагами и получение товара, я сидела на одном месте. Первая неделя прошла в режиме — "болит спина", вторая — "болит всё". Регистраторша по-прежнему отгораживалась от меня гигантским монитором. Я радовала себя тем, что училась быстро и оригинально упаковывать товар. Клиенты попадались самые разные. Как-то раз, одна старушка даже сказала, что я "очень хорошая девушка" и что в следующий раз обязательно приведет своего Барсика, чтобы мы познакомились. Милая женщина!
В обеденный перерыв весь персонал вывалился на крыльцо. "ЗооВита" находилась в Кировском округе, на левом берегу Иртыша. Южная часть левобережья представляла собой преимущественно частный сектор и в народе носила название Старый Кировск. Остальная часть была выделена для коммерции и жилья. На северной окраине, например, располагался омский филиал пивоваренной компании, мясокомбинат и молочный завод "Манрос-М". При желании я даже могла дойти до них пешком, потратив двадцать минут. В противоположной стороне, несколькими улицами ниже, начинались спальные районы, на которых приходилось наибольшее количество многоквартирных домов в городе. Округ активно застраивался. По пути через мост, я ежедневно проезжала ярмарку "Торговый город","Ленту" и "Мегу".
Подталкиваемая сзади, я и группа сотрудников двинулись в ближайшую столовую, принадлежащую ОАО "Омский комбинат строительных конструкций". Когда приходило время есть, туда слетались работники из всех соседних офисов и предприятий. Компот — десять рублей, котлета — пятнадцать. Я не питалась там каждый день, но сегодня есть хотелось особенно. Понедельник. Остановившись у светофора, я набрала воздуха в легкие. Отсюда до промышленной зоны было ближе, чем от центра.
— Ну, проезжал бы! — крикнула одна из наших сотрудниц.
— Крадется как черепаха…
Надо признаться, когда перед нашим коллективом остановился внедорожник вишневого цвета, я не сразу провела нужную параллель. Сзади сигналили машины. Тонированное стекло медленно опустилось и я увидела Дмитрия в черной рубашке. Он протянул мне какой-то пакет. Я на автомате взяла подношение и внедорожник с визгом проехал дальше к мосту, пропустив за собой лишь две машины. Остальным пришлось затормозить на красном.
— Кто это? — спросила ординаторша, переходя дорогу.
— Никак мужик твой? — предположила хирург со второго этажа.
— Слушайте, такая тачка! Это бмв?
— Надо у Антончика спросить…
— А внутри видели? А на нем ещё костюм такой…
Женщины двинули вперед, я поплелась в конце. Зашибись. Я ожидала появление юриста в приемной эдак неделю назад, но он не приходил. Удивительно, потому что я действительно ждала его прихода и часто поглядывала на дверь.
Уже в столовой сотрудницы клиники быстро забыли про случившееся. Я засунула пакет в сумку и не вспоминала про него до самого вечера. Внутри лежала упакованная шапочка для душа и записка на офисном стикере "Намалюйся по самое не балуйся. Заеду в субботу в 17". До дня товарищеской попойки я прожила в обычном режиме моральной и физической подготовки. Зарплаты раздали в пятницу. На следующий день я первым делом оплатила все счета и закинула денег на телефон. На еду оставалось прилично. В пять часов я вышла на крыльцо с тремя тысячами в кармане. Дмитрий как раз парковал машину.
— Привет, — запрыгнула в салон.
— Привет, сердоболья, — улыбнулся. — Шустрая ты.
На юристе были офисные брюки и белая рубашка с одной расстегнутой верхней пуговицей. Вокруг витал запах кокоса и мужского одеколона. Городской выглядел свежо и жизнерадостно как никогда.
— Мы идем на концерт классической музыки? — растерялась. — Мне переодеться?
— Может, раздеться?
Я пропустила эту шутку мимо ушей.
— Кушать хочешь? — спросил.
— Специально не ела, — призналась.
— Хорошо. У меня обед получается только после трёх. У тебя с часа до двух. Неудобно, — он завернул на проспекте Маркса и мы заехали на одну из внутренних улиц старого центра. — И начинаешь ты в десять. Я в восемь.
Внедорожник припарковался у замысловатого стеклянного двухэтажного здания со светящейся вывеской "ТинТо". Подойдя ближе, я рассмотрела небольшое примечание "кофейня". Внутри зала, расположившегося вокруг кухонного помещения и стойки бара, преобладала полутьма. Дмитрий взял меня за руку и провёл к самому отдаленному столику. Я хотела сесть поближе к выходу, но он отодвинул мне стул у стены. Знакомство с кофейней, я начала с тщательного изучения цен. В ТинТо преобладала европейская кухня и цены были довольно демократичные. Трех тысяч хватило бы с головой.