Малфой всегда был ублюдком. Он издевался над той же Грейнджер ещё с первого курса, манипулировал людьми и считал нечистокровных недостойными званий волшебников. Война могла надломить его в ужасную сторону. Отец мог заставить убивать и пытать, растягивать губы в улыбке от чужой боли, но… Нет. Наоборот. Драко понял, что это слишком. Причинять физический вред — чересчур.
И тут Грейнджер. С окровавленной конечностью. И вроде он не калечил её, но…
Но его уже тошнило от этих бесконечных «но».
— Мисс Грейнджер, — Помфри прищурилась, глядя то на Малфоя, то на Гермиону. — Скажите, а та мазь, которую вы брали из-за боли в руке от прикосновений вашего недавно приобретенного соулмейта… Это как-то имеет связь с мистером Малфоем?
Гермиона не ответила. Только заплакала чуть сильнее.
Драко вздохнул, кивая целительнице. Какой смысл скрывать?
— Что ж… Отменить приказ директора я не могу, и в любом случае, мистер Малфой, вам придется быть здесь все время и выполнять все поручения, данные вам ранее, но… Но я войду в ваше положение. Я однажды уже встречалась с парой соулмейтов здесь же, поэтому знаю, что нужно быть осторожным в касаниях. Я научу вас обрабатывать рану и делать перевязки без прикосновения рук. Думаю, для вас такие заклинания не будут сложными, мы должны справиться быстро.
***
Ме-е-е-ерлин.
Ей хотелось провалиться под землю, пока Помфри учила Малфоя ухаживать за ногой Грейнджер без прикосновений, чтобы не сделать только хуже.
Мало ей того, что она чувствовала себя подопытным зверьком, пока у её ноги сидели двое с палочками, бинтами и мазями, в попытке научить Малфоя делать все аккуратно. Раздражало чрезмерное спокойствие слизеринца. Оно было почти осязаемым. Густым, как желе, раздражающе ледяным и стойким. Он покорно выполнял все команды Помфри и уже через двадцать минут закончил обрабатывать рану и делать перевязку без посторонней помощи. И, самое важное, без касаний.
А Драко… Черт. Эта рана была настолько жуткой, что он не понимает, как у Грейнджер хватает стойкости так спокойно лежать на кровати. Это наверняка дико больно. Никакие обезболивающие зелья не могут снять всю боль от такой травмы. Черт возьми, её кость было видно сквозь разорванную плоть. И все можно было бы излечить гораздо проще и быстрее, избавиться от ран вообще парой капель бадьяна, но перелом был слишком сильным и за сращиванием кости придется наблюдать ближайшие пару дней. Малфою, конечно же.
— Всегда знала, что вы талант! — Помфри хлопнула в ладоши. — Так быстро и качественно, с ума сойти! Делать такие перевязки дважды в день. Утром и перед сном, ясно? — Малфой кивнул. Гермиона все ещё не находила слов. — В обед давать восстанавливающее зелье, на ужин с едой — зелье, ускоряющее сращивание костей. Обезболивающее по требованию пациента. Рана очень сильная, может понадобиться в любую минуту. Ну и, конечно, покой, сон, еда, — все, что ей нужно для выздоровления. А теперь я вас оставлю, мне нужно готовить лекарства, все ещё не могу пополнить запасы после войны.
Она упорхнула из палаты, как пикси, быстро и незаметно, и Гермиона напряглась, понимая, что они с Малфоем остались только вдвоем. В ушах зашумело. Что от него ожидать? Как вести себя все время, что он будет рядом?
— Я не хотела, чтобы…
— Плевать, — он перебил, даже не дослушав. Схватил стул, стоявший в углу, поставил недалеко от койки Грейнджер, опустился на него, запрокинул голову и прикрыл глаза. После ссоры и криков в лесу, кажется, у них не осталось сил на ссоры и злость. И почему-то появилась неловкость. — Мне правда плевать, Грейнджер. Сейчас ты скажешь, что не хотела бы видеть меня тут все это время, но я скажу, что тоже не горю желанием быть личной нянькой.
— Вообще-то, я собиралась сказать, что не хотела бы, чтобы всю вину за произошедшее повесили на тебя и заставили отрабатывать таким образом. Но ты настолько привык видеть в людях только дерьмо, что даже не задумываешься, что мой полет мыслей может быть и таким.
Она фыркнула, отворачивая голову, не замечая задумчивости на лице Малфоя. Но он не успел и слова сказать, как дверь с грохотом открылась, впуская на порог семейство Уизли в составе запыхавшейся Джинни и красного от злости Рона.
— А ты какого драккла забыл здесь? — Рон почти кинулся на Малфоя с кулаками, только Джинни удержала его. — Думаешь, она мало пострадала от тебя?
— Рон, прекрати, мы в больничном крыле, нас сейчас выгонят! — шикнула Джинни. — Но он прав, хорек, какого черта ты тут забыл?