Но если связь разорвать нельзя, а хотя бы можно сделать так, чтобы не сдохнуть друг за другом, — это уже было огромным подарком судьбы. Потому что если он снова будет летать так высоко и быстро, как на уроках полетов, и угодит в пасть какому-нибудь дракону, Гермионе не придется отправляться в мир иной из-за такой глупости.
— Мисс Грейнджер, — послышалось из-за двери, и Гермиона закатила глаза. В последнее время это стало слишком частой привычкой, хотя и поводов было достаточно. Она вошла в комнату с надеждой, что ей не вручат сейчас ногу Малфоя и не скажут ухаживать за ней, как за лучшим растением, чтобы потом пришить обратно красивую и ухоженную. Господи. Она точно сходила с ума.
— Мадам Помфри? — Гермиона остановилась у двери и замерла, прикрывая глаза. Малфой сидел на одной из коек в одних, чтоб-его-господи, боксерах. Нож все ещё торчал из бедра, и Гермионе внезапно захотелось вонзить его глубже. Чтобы достать до кости и заставить задыхаться от боли за всё, что ей пришлось пережить в последние пару недель.
— Мисс Грейнджер, в моем шкафчике, зелье бадьяна, будьте добры…
Гермиона кивнула. Слава Мерлину, она не заставила её подходить к полуголому Малфою и обрабатывать ему рану. Это было бы слишком.
Она быстро взяла зелье и вернулась обратно, надеясь вручить нужное целительнице и убежать куда-нибудь подальше от этого издевательства. На Чёрное озеро. В лес. Пусть бы её сожрали пауки, это было даже проще, чем…
— Я резко достану нож, а вы тут же капайте настойку на рану. Нож был слишком глубоко, нельзя терять и мгновения.
Мерлин.
Пауки в лесу были бы проще этого.
Она попыталась перебороть желание ударить этой пробиркой ему в глаз только потому, что когда она валялась тут беспомощной сарделькой, он вел себя почти достойно и всегда помогал с раной.
Только это его спасло сейчас. Только это.
Грейнджер медленно подошла и шумно выдохнула, краем глаза замечая, что Малфой усмехается. О, как здорово, что ему было смешно, когда она всё-таки задумалась о самоубийстве.
Брюки порванным клочком лежали рядом с Малфоем, и Гермиона, сама не понимая зачем, применила к ним Репаро и вернула первозданный вид, заставив Малфоя усмехнуться ещё шире. Наверное, она сделала это, чтобы точно знать, что он оденется, а не будет разгуливать по школе в одних трусах. Мерлин. Это было уже слишком.
— Мисс Грейнджер, приготовьтесь.
Ей пришлось пригнуться.
Господи.
Пожалуйста, кто-нибудь, наложите на неё Обливиэйт.
Гермиона наклонилась к Малфою, чтобы попасть зельем точно на рану, и уловила его аромат, смешно дёрнув носом. Он пах лесом и яблоками, и на самом деле это было вкусно. Хотя Грейнджер почти не удивилась. Было бы странно, если бы весь из себя такой аристократичный Малфой внезапно оказался с запахом гнилых томатов и слизняков.
— Давайте!
Помфри достала нож из бедра и Гермиона усмехнулась, услышав над головой болезненное шипение. Это было ужасное чувство, злорадство, но это было лучшим, что она испытывала рядом с Малфоем.
Она капнула несколько капель прямо внутрь раны, завороженно наблюдая, как та затягивается, и отошла только когда на коже остался лишь небольшой синеватый шрам.
— Спасибо за помощь, мисс Грейнджер, мы отлично с вами справились. Вам не нужна ещё порция мази?
— Мази? — нахмурилась она и тут же отвернулась, когда всё ещё полуголый Малфой встал с койки и наклонился к своим брюкам. Издевательство, святой Годрик, он вообще не стесняется?
Она едва ли улавливала смысл слов целительницы, но в конечном итоге до нее дошло, о какой мази идёт речь.
Боже. Счастье, что ей не нужна была новая порция. Что удивительно — у неё даже осталось больше половины с прошлого раза. Потому что им с Малфоем хватило ума и адекватности не касаться друг друга все это время, а приносить боль исключительно моральную. От этого бывает мазь?
— Ох, нет, спасибо. Пока не стоит.
И убежала.
Обычно от всех разговоров и проблем первым уходил Малфой, но в этот раз у нее хватило удачливости сбежать первой. Она выбежала в коридор и вдруг замерла, когда за спиной раздался его голос:
— Стой, Грейнджер.
По-хорошему, бежать бы подальше да побыстрее, но Гермиона знала, что это бессмысленно. Она остановилась и повернулась к нему лицом, надеясь, что он не увидит её малиновых щек.
— Что?
— Тебе нет смысла убегать, мы сейчас отправляемся в Мэнор, с Макгонагалл я уже договорился.