— Самые умные студенты курса, перспективные молодые люди, знающие друг друга с самого детства, старосты школы, которые, к тому же, очень хорошо смотрятся вместе?
— Нет, мама. Малфой и Грейнджер, которые чуть не сдохли от прикосновений в первый день, когда узнали о связи, потому что ненависть внутри нас уже на автоматическом уровне.
— Твои высказывания расстраивают меня, сын, — Нарцисса опустила глаза. — Если судьба даёт шанс, то нужно дать шанс ей в ответ. Разорвать связь невозможно. Судьба не ошибается.
— Поэтому мы и пришли к тебе, мама, — сказал Драко, чуть поумерив пыл. — Все книги, что мы перечитали, как одна твердят то же самое. Более того, говорится о том, что если умирает один из пары, то следом за ним уходит и второй.
Нарцисса кивнула и еле заметно прикусила изнутри щеку. Драко не заметил, с интересом рассматривая тарелку перед собой. Гермиона чуть нахмурилась, почувствовав неладное.
— Что вы хотите от меня? Я знаю не больше вашего.
— Ты говорила, что вы с отцом соулмейты, мама. Но отец мертв. А ты сейчас разговариваешь с нами.
Она молчала несколько минут. Несколько бесконечных минут кусала губы и обнажала настоящее лицо без маски надменности.
А потом подняла глаза и сказала на одном дыхании, заставив Драко и Гермиону подавиться воздухом:
— Твой отец жив, Драко.
Пока
Гермионе всегда казалось, что новость о том, что твой родитель жив, а не мертв, как ты думал раньше, — это радостная новость.
Но с Малфоем она на многие вещи начала смотреть совершенно иначе.
Потому что между Драко и Нарциссой вспыхнул такой скандал, что Грейнджер захотелось убежать куда-нибудь, откуда можно будет аппарировать до Хогвартса, а ещё лучше испариться прямо из комнаты, чтобы не привлекать внимание стуком каблуков.
Это было… странно. Стать свидетелем семейных разборок Малфоев. Гермиона была уверена, что она должна быть последним человеком на планете, кто мог бы лицезреть, как Драко Малфой кричит на свою мать, но судьба… К дракклу вообще эту судьбу.
Малфой кричал. Он вскочил со своего места и закричал так, что только появившийся в комнате Тинки тут же испарился, испуганно прижав уши.
Гермиона чувствовала себя таким же домовым эльфом с прижатыми ушами, потому что сидела так тихо, что практически не дышала.
Узнать, что Люциус жив — было последним, что они ожидали от похода в Мэнор. Драко оказался не рад, Гермиона… банально испугалась. Этот мужчина никогда не вселял доверия, а сейчас, когда он оказался жив, Грейнджер совершенно случайно и намертво, кажется, привязана к его сыну… Мерлин, всё-таки дайте ей выпить ядовитого зелья, она не переживет. Наверняка Люциус не будет таким же снисходительным, как Нарцисса — хотя ее реакция это отдельная тема, — точно нет. Он не был втянут в дела Волдеморта как Драко, насильно. Он разделял каждое мнение. Верил в ту же правду и шел по тому же пути. Люциус ненавидит грязнокровок. Но одна из них стала соулмейтом его сына.
— Нет, мама, просто объясни, как вы додумались скрыть это от меня, как?!
Гермиона вынырнула из своих мыслей, обращая внимание на продолжающийся спор. Хотя спором это назвать было сложно. Драко просто стоял и кричал, а Нарцисса так спокойно пила чай, словно ничего особенного не происходило. Идеальная женщина.
— Было решено скрывать от всех, Драко, для надёжности. Пожиратели слишком злопамятные, они бы убили Люциуса сразу, как только узнали, что он отрекся от Волдеморта. А так мы инициировали смерть, и о нем даже думать забыли.
Что… Гермиона задохнулась. Люциус отрекся от Волдеморта? То есть… Он перестал верить?
Голова шла кругом, это было чем-то невозможным, чистым сумасшествием. Она сделала пару глотков чая, чтобы хоть немного успокоить дрожащие руки. Разговор о проказах судьбы вдруг перешёл на такой уровень, от которого становилось дурно. Гермионе было неловко становиться свидетелем этого.
— Инициировали смерть, — хмыкнул Драко, — а сыну сказать забыли.
— Сын, ты должен успокоиться и услышать меня. Мы с твоим отцом связаны. Если бы до него добрались Пожиратели, я умерла бы в муках через несколько часов после его гибели. Мы не могли так поступить и оставить тебя одного разгребать все то, что оставили после работы с Волдемортом. В волшебном мире нас не любят, и один ты бы не справился. А я очень стараюсь тебе помочь. И твой отец жив, в конце концов, порадуйся этому факту!
— Я радуюсь, просто… — он упал на стул и прикрыл глаза. Информация ударила по состоянию так сильно, что он едва ли мог устоять на ногах. Голова кружилась и немного подташнивало. Узнать, что отец, который во всем мире считается мертвым, жив… Мерлин всемогущий. Это было слишком для его и без того расшатанных нервов. — Ты права, мама. Прости. Просто я и так с ума схожу, а тут ещё и ты с такими новостями. Мы шли с целью узнать, можно ли разорвать связь, а узнали…