Нарцисса подняла голову, разглядывая потолок, и Гермиона поняла, что та пытается остановить грозящие пролиться по щекам слёзы.
Было неловко. Было ужасно необычно. Но услышать такое откровение матери о своем ребенке… Это дорогого стоило. Грейнджер даже на секунду стало жаль Драко. Потому что у него не было выбора. Его мнения даже никто не спросил. Гермиона знала, за что боролась и готова была умереть. Малфой — нет.
— Мне немного неловко, если честно, — она закусила губу. — Эта связь… Мы практически не общались с начала года с Драко, а потом, когда узнали о связи, все словно стало в разы хуже, чем было раньше. И сейчас сидеть здесь с вами, разговаривать на такие личные темы…
— Знаешь, Гермиона, — Нарцисса как-то грустно улыбнулась и подвинула волшебнице тарелку с кокосовым печеньем, — угощайся. Я слишком много времени уделила изучению этой связи. И общалась с разными людьми, связанными с судьбой. Вам не отвертеться. Поэтому тебе лучше расслабиться и начать привыкать, я слишком навязчивый родственник.
— Это звучит как бред, — призналась Гермиона.
— Но это правда. Даже те, кто хотел пойти по пути «не быть вместе и не испытывать счастья», в конечном итоге любили друг друга. Только те, кто отпирается больше всех, больше всех и страдают. Уже ощутили на себе прелести связи?
Прелести. От одного воспоминания о днях, проведенных в больничном крыле, Гермиону начинало тошнить.
Она постаралась расслабиться и откинулась на спинку стула. В конце концов, раз уж разговора не избежать, стоило бы перестать ощущать себя подопытной испуганной мышью.
— Сполна, — она кивнула, сведя брови к переносице. — Хорошо, допустим, связь разорвать никак. Но что нам делать? Я не могу по щелчку пальцев влюбиться в того, кто всю жизнь отравлял мое существование, уж простите. Он терпеть меня не может, как и я его, чего уж там.
— Вам нужно просто жить.
— Какой классный совет, мама, — Драко вошёл почти бесшумно и тут же включился в диалог. — Я закончил, Грейнджер, идём.
— А я нет, — сверкнула глазами Нарцисса, давая понять, что никого никуда не отпустит. — Я серьезно. Если вы не хотите лежать в больничном крыле каждые несколько дней, то перестаньте сопротивляться. Мне нужен здоровый сын и его…
— Мама, — зарычал Малфой.
— И его девушка, — настояла на своем Нарцисса. — Поэтому, раз вы не можете пойти навстречу друг другу, хотя бы не сопротивляйтесь. Иначе будет больно. Я так однажды чуть не лишилась трёх пальцев. Можете идти.
— Как благородно с твоей стороны нас отпустить, мама, после такой пламенной речи, — фыркнул Драко. Он мимолётно взглянул на Грейнджер, и та тут же поднялась на ноги, удивительно все поняв без слов. Пришло время уходить, и она готова была бежать по коридорам сломя голову, только бы быстрее уйти отсюда.
Что удивительно, Гермиона заметила одну интересную вещь: разговаривать с Нарциссой без присутствия Драко было гораздо комфортнее.
— Устроить тебе встречу с отцом? — спросила Нарцисса, когда Драко с Гермионой выходили из столовой. Малфой замер на пару секунд. А затем двинулся дальше, ничего не ответив.
***
От аппарации Гермиону чуть не вывернуло наизнанку. Она скрутилась, как только почувствовала под ногами землю, надрывно кашляя, но спазм удалось предотвратить. Было бы максимально неловко.
— Жива? — поинтересовался Малфой, наклонившись к ней.
— Да, порядок. Сейчас пройдет. Это из-за сладкого.
— Мама всех кормит этим печеньем, — Драко закатил глаза. — Забини за него готов убить любого. Всегда знал, что он ходит в Мэнор не ко мне, а чтобы пожрать печенье.
— Ну, они довольно неплохие, — Гермиона хохотнула. Было очень странно обсуждать с Малфоем просто печенье, но за последнюю вечность это был самый лучший разговор с ним.
Она выпрямилась, отдышавшись, и они пошли в сторону Хогвартса. На улице уже было очень темно, и Драко подсвечивал путь палочкой, чтобы они ещё раз не угодили в какой-нибудь капкан или сразу в лапы огромного зверя. С их-то везением это не составило бы труда.