Его достали мысли, достала беспомощность. Хотелось спать. Дико.
***
Утром Гермиона чувствовала себя чуть лучше, чем обычно в последнее время, и даже смогла пару раз улыбнуться отражению в зеркале, пока утром в ванной приводила себя в порядок.
Осознание неизбежности с каждым днём всё сильнее вживалось под кожу иглами, и Гермиона понимала, что принять и отпустить действительно будет более правильно и адекватно, чем продолжать сопротивляться, принося себе боль и страдания.
Только вот морально ни черта не было легче принять то, что вся дальнейшая жизнь будет переплетена с Малфоем. Потому что головой она понимала, что нужно просто принять это как данность, но душа и сердце были категорически против.
Странная тяжесть в груди заставляла хмуриться, но Грейнджер старалась не обращать внимания на недуг, будучи почти уверенной, что это снова проделки связи, которая не переставала наказывать парочку за отрицание.
Гермиона, как и Драко, в целом не могла понять, что им сделать, чтобы связь успокоилась и прекратила причинять боль. Они уже не избегали друг друга, старались смириться, даже проводили время вместе — но, кажется, этого было недостаточно.
— Что ей нужно, чтобы она успокоилась? — спросила Грейнджер у самой себя, надевая галстук перед завтраком.
— Искренность, — тихо шепнула Джинни, подходя сзади. — Я тоже много читала об этом. Искренность и тактильный контакт. От первого связь насовсем перестает шалить, но второе её усыпляет на время.
— Как я буду его касаться, если мне больно? — нахмурилась Гермиона, закалывая волосы. — После прошлых касаний я с трудом могла поднять руку. Какой смысл заменять касаниями наказания, если увечий они приносят столько же?
— Ну, в любом случае между вами уже не столько ненависти, сколько было в начале. Вы работаете над этим, много времени проводите вместе, наверняка боль будет уже гораздо меньше, — Гермиона задумалась. А ведь правда. За чувства Малфоя она не ручалась, конечно, но вот сама той лютой ненависти больше не испытывала, как тогда, когда кричала на него в лесу. «Чем теплее отношения, тем менее болезненны будут касания». Так было написано в одной из прочитанных книг по нужной теме. — В конце концов, — хитро улыбнулась Джинни, поправляя юбку, — касаться можно не только руками. Ведь боль исходит только от касаний пальцев, так что…
— Иди к чёрту, Джинни, — нахмурилась Грейнджер. — Это совершенно не весело.
— А, по-моему, даже очень, — она хохотнула. — Ладно, я просто предложила! — девушки вышли в гостиную, ожидая, пока к ним спустятся Рон и Гарри.
— Предложила что? Чем ты предложила мне потрогать Малфоя, Джинни? Я даже предположить не могу…
— А зачем тебе трогать Малфоя?
Голос сзади прозвучал слишком громко, слишком неожиданно, слишком озадаченно и слишком… Слишком.
Грейнджер старательно скрывала от Рона связь с Малфоем, потому что знала, что он будет переживать больше всех по этому поводу. В конце концов, она не говорила хотя бы потому, что была хрупкая надежда, что они смогут разорвать связь, но… Но надежда угасла вместе с озорством в глазах Рона. Он был слишком серьезен и явно готовился услышать правду.
Гермиона боялась его реакции, потому что он всегда был вспыльчив и непредсказуем, и поэтому она попросила оставить их наедине, чтобы поведать информацию с глазу на глаз. Он был ей родной душой, старшим братом, лучшим другом и одним из самых великолепных людей в жизни. Гермиона давно смирилась с его характером, поэтому знала, как нужно действовать, чтобы и Малфой, и Хогвартс, и сам Рон остались целы.
Она рассказала все, не скрывая и глядя Рону в глаза, учтиво опуская половину разговора с Нарциссой, которая касалась Люциуса. Боль в груди росла от переживаний, но Гермиона старалась не обращать на неё внимания, уделяя его полностью Рону.
Он молчал. Просто недоверчиво смотрел на Гермиону и хмурился, пытаясь переварить сказанное. И только через пару минут после окончания монолога заговорил:
— Сегодня день приколов?
— Нет, — покачала Гермиона головой, закусывая губу.
— То есть все, что ты рассказала — правда?
— Угу.
— И Малфой предназначен тебе судьбой? И пока вы сами не понимаете, что происходит, но судьба решила, что вы идеальная пара?
— Примерно так.
— Могла бы сказать и раньше, — выдал он на удивление спокойно.
— Не могла, Рон.
— Да, правда, не стоило. И что… Эта связь, она что? Обещает, что вы будете счастливы?