Но… Но это была Грейнджер. С большим сердцем и умением прощать. С огромной душой и талантом забывать плохое, что делали люди. Грейнджер, которая даже в нем сумела рассмотреть свет, когда все вокруг видели только тьму.
— Вы поговорили? — спросила она, замерев. Казалось, даже сердце притихло в ожидании ответа.
— Да, немного, — Драко улыбнулся, заглянув Гермионе прямо в глаза. Красивые. Никогда ещё так пристально не рассматривал их. — Поболтали о жизни, было странно, но приятно видеть его живым.
Он тактично умолчал о том, что разговор был об их с Грейнджер связи. Умолчал о том, что рассказывал отцу об их отношениях. Умолчал о том, какой отец дал совет, и как извинялся за то, что глупыми предрассудками портил ребенку жизнь.
Люциус рассказывал, как сложно им было с Нарциссой, когда они узнали о связи. Как сначала не могли друг друга терпеть, а потом влюбились без памяти.
А ещё он сказал: «Ломай свои стены сам. Загляни в её глаза, посчитай родинки и коснись веснушек. Ты поймёшь, что глупые мысли о прошлом — это не стена, которая мешает, а просто глупый страх. Победи его, и все изменится».
Драко, конечно, не рассказал этого Грейнджер.
— Я рада, что вы смогли встретиться, — улыбнулась, заправляя непослушные кудряшки за ухо. Она на самом деле была рада за Драко. Потому что вот так поговорить с отцом… Это дорогого стоило. Очень.
Она хотела уйти, даже почти поднялась со скамейки, но голос Малфоя заставил замереть и остаться на месте:
— Ты видела, что у тебя на щеке две родинки?
— Я… эм… Не обращала внимания, если честно, — прошептала Гермиона, чувствуя, как краснеет. Это было так… странно. То, что Малфой говорил это. То, что вел себя так спокойно, словно они были давними друзьями. То, что вообще замечал ее родинки. И смотрел так… Тоже странно. Слишком несвойственно для Малфоя.
— Присмотрись, — улыбнулся, и встал со своего места, — они прелестные.
Он вышел из кабинета, а Гермиона ещё пару минут сидела на скамейке, пытаясь прийти в себя.
Она совершенно не понимала его настроений. Ещё вчера он почти кричал на неё за то, что прикосновения перестали быть болезненными, а сегодня ведёт себя так, словно несказанно этому рад. Гермиона свято верила в то, что он будет издеваться, но на удивление Драко вел себя очень достойно.
Было странно.
Но ей нравилось.
***
Гермиона, Полумна и Эрни уже около получаса активно обсуждали Хэллоуин, когда в гостиную вошёл Драко, с мокрых волос которого стекала вода, а форменная рубашка была почти насквозь мокрой.
— Там жуткий ливень, нам остановили тренировку, потому что из-за стены дождя не было видно снитч, — он хитро улыбнулся и потрусил волосами прямо рядом с Грейнджер, словно сделал это случайно, присаживаясь на диван рядом.
— Малфой! — она замерла, а по телу от холодных капель побежали мурашки. Что с ним происходило сегодня? Этот улыбчивый парень совершенно не был похож на Драко, к которому она привыкла. Он был слишком… Слишком! Слишком спокойным, расслабленным, слишком близким, весёлым. Она не видела Драко весёлым никогда. Возможно, только когда он поймал снитч на четвертом курсе. Потому что Драко не ассоциировался с весельем, но именно сейчас сидел на диване почти плечо к плечу и улыбался своей выходке.
— Ой, Грейнджер, намочил тебя? Я случайно.
— Ну конечно, — она закатила глаза и достала палочку, высушивая лишнюю влагу простым заклинанием, и тут же перевела древко на Драко, проделывая то же самое. — Не хватало ещё, чтобы ты заболел!
— Какая забота, — он хохотнул, испытав колоссальное облегчение от волшебства Грейнджер. Почему не высушил сам — не знал. Просто голова была слишком забита всякими мыслями.
— Никакой заботы, — Гермиона фыркнула и опустила глаза на почти исписанный пергамент, — просто не уверена, что связь не тронет меня, если ты заболеешь, а я совершенно не готова лежать у Помфри снова только из-за того, что ты забыл легчайшее заклинание.
— Вы соулмейты? — донёсся сбоку ошарашенный голос, и Гермиона вздрогнула, поднимая голову. Святой Годрик… Она совершенно забыла, что в комнате все ещё находились Эрни с Полумной. Сосредоточилась на Малфое и забыла, так глупо забыла, что справа на креслах сидят ещё двое. Мерлин.
Она округлила глаза и перевела испуганный взгляд на Драко, то ли ища в нём спасения, то ли ожидая увидеть злость. Но, на удивление, он снова был абсолютно спокоен. Ещё и умудрялся легко улыбаться, глядя на ребят.