Алас настойчиво завилял пушистым хвостом, явно стремясь привлечь к себе все ее внимание, пока в зубах держал конец самодельного поводка из тонкой крученой веревки. И ткнулся в ее кисть теплым мокрым носом, с преданностью и безграничным доверием смотря на нее. Точно зная, что Лэйр не сделает ничего плохого.
— Что, защитник, хочешь с нами? — тепло улыбнулась псу Лэйр, опустившись на одно колено — холод снега неприятно коснулся ее кожи через плотные зимние брюки — так, что почти не наклоняясь смотрела в серые глаза выросшей собаке. — Тогда вперед! — Алас точно понял ее слова, радостно вытянулся, как перед прыжком, и громко радостно гавкнул в ответ.
Лэйр невзначай чуть обернулась, но застала на лице молча стоящего Риманна странное не читаемое выражение:
— Идем?..
Тающий снег блестел на солнце и сладко хрустел под ногами. За просекой слышалось щебетание проснувшихся птиц. Каждый шаг по девственно чистому полотну сопровождался задорным хрустом тонкой корки льда над многослойным снежным покровом. Лэйр шла бодрой пружинистой походкой по едва проторенной тропе, мысленно пытаясь подгадать подходящий момент, чтобы остановить идущего всего на полшага позади Риманна. По правде, она едва успевала смотреть по сторонам, все думая: какие слова будут звучать правильно. И как бы объяснить, что приказ короля должен быть выполнен.
А еще не могла отогнать от себя страх предстоящего одиночества. Как не было никого рядом, так и нет. Ни друзей после войны не осталось, ни родных. А у Риманна семья есть — не в вину ему, — и понимание этого резало по сердцу обреченной завистью. Впрочем, недолго. Как бы проверяя, поспевает ли за ней молчаливый спутник, Лэйр периодически поглядывала за правое плечо, за что ловила на себе короткие непривычные взгляды. Риманн явно был удивлен и рад выйти на забытые почти прогулки, неловкая скованность стала не такой заметной, и юноша позволял себе улыбаться чуть шире обычного, глядя по сторонам. Кажется, словно и в его душу пришла робкая весна, но все равно из его взгляда так и не ушла тихая печаль, с которой он часто разглядывал веселящихся во дворе слуг. Лэйр хорошо знала это чувство. И потому, рассматривая красивое лицо, обрамленное длинными светлыми волосами, привычно чуть спутанными и забранными в хвост, все больше терялась в мыслях. Никак не могла отпустить ситуацию, не могла наконец решиться. Глупо, наверное, но так не хотелось причинить боль своими словами. Так не хотелось… отпускать?
Лэйр оступилась от неожиданно появившегося в мыслях слова. Да так, что ногой на несколько сантиметров провалилась в сугроб. Алас игриво гавкнул, словно подтрунивал, пока Риманн с опаской удерживал миледи за локоть от падения на колени. С трудом и легким смущением миледи вырвала ногу из снежного плена, выдохнула.
— Спасибо… — поблагодарила хрипло, стряхивая со штанин снег. И все не поднимая глаз.
Алас повел носом и, потеряв к ней интерес, с любопытством побежал по просеке в сторону темного елового леса, где еще не виднелось ни одного человеческого следа. Лэйр присмотрелась и с удивлением заметила, как спешно спиралью поднимается на толстое дерево пушистая рыжая белка.
— Вот следопыт, — с усмешкой озвучила мысли Лэйр, просто чтобы не молчать. Риманн только тихо хмыкнул в ответ, повторяя ее взгляд, но краем глаза миледи видела, как он улыбается, глядя на бессмысленные попытки лайки познакомиться с лесным жителем поближе. — Ну, идем за ним?
Солнечный диск степенно клонился к горизонту, удлиняя сине-розовые тени. Втроем они уже взобрались с поймы на высокий берег, обошли все знакомые и незнакомые опушки и овраги, спустились к поросшей молодняком низине и неспешно возвращались обратно. Руки без перчаток чуть ощутимо подмерзли, хотя солнце и грело, не получивший сегодня нормальной еды организм настойчиво просил обед, но Лэйр опять погрузилась в свои мысли, про себя считая до десяти, выдыхая, и начиная счет сначала. Лежащая во внутреннем кармане вольная как будто обжигала грудь прямо через одежду, все чаще напоминая о себе и больше не давая наслаждаться просыпающей природой.
«Пора», — достаточно уверенно, чтобы поверить, одернула себя она. Чуть нервно просмотрела горизонт, на миг приложив руку ко лбу козырьком — только бы оттянуть момент, — и тихо позвала: