Варя стояла у окна, поливая свои любимые цветы. Я знал это, потому что в последнее время стал за ней следить. Она обернулась, и я увидел её лицо – бледное, с красными глазами, но без слёз. Просто пустое.
– Варь, – я сделал шаг к ней, и мой голос прозвучал хрипло, как будто я глотнул наждачки. – Нам нужно поговорить.
Она медленно поставила лейку на подоконник и повернулась ко мне. Её взгляд был холодным и равнодушным.
– Не нужно, – тихо произнесла она.
– Блядь, Варя, выслушай меня, – я сделал ещё шаг. – Лиля – это... это не то, что ты думаешь. Я даже не знал, что она приедет. Мама её впустила, это случайность, понятно?
– Мне всё равно, – её голос был ровным. – Мне абсолютно все равно, кого ты привёл в дом. Ты не должен передо мной объясняться.
Она смахнула челку назад.
– Да твою мать… – я сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает ярость. Не на неё – на себя. На ситуацию в целом и на весь этот ёбаный цирк. – Она сама приперлась. Я вообще хотел с ней…
– Марк, – она подняла руку, останавливая меня. – Мы чужие друг другу люди. Ты понял? Чужие. Держись от меня подальше.
Её слова ударили меня так, что я на секунду потерял дар речи.
Чужие.
Я хотел сказать что-то в ответ, открыл рот, но с таким же успехом закрыл. Мне нечего было ей сказать. В какой-то степени она была права. Нас связывало не особо сильная эмоциональная связь.
Меня тянула к ней - факт, но не думаю, что это что-то большее, чем просто физическое влечение. Я никогда ни к кому не испытывал и не буду испытывать сильные чувства.
Любовь – это удел слабаков.
Тут дверь распахнулась снова, и на пороге появилась моя барби-сестренка.
– Марк, – на нахмурилась, закрывая за спиной дверь. – Ты что тут делаешь?
Лиза метнула взгляд на Варю и подошла к ней. Она обняла ее, поглаживала по спине и что-то шептала на ухо. Убедившись, что с Варей есть человек, кто ее утешит, я вывалился в коридор.
Я стоял в коридоре, тяжело дыша, чувствуя, как меня трясёт от злости. Блять, а меня ведь задели ее слова! Варя смотрела на меня так, будто я был последним мудаком на земле.
А потом что-то внутри меня щёлкнуло.
Я развернулся и понёсся вниз по лестнице, влетел в кухню так, что мама подпрыгнула. Лиля сидела за столом и что-то рассказывала ей, но я не дал ей закончить.
Я схватил её за руку, грубо вцепившись в ее запястье, и потащил к выходу.
– Марк, что ты делаешь? – Диля попыталась вырваться, но я держал её мёртвой хваткой. – Марк, прекрати, ты мне руку сломаешь!
– Мам, – я обернулся к маме, которая стояла с открытым ртом. – Лиля очень торопится. Ей правда пора.
– Марк! – мама сделала шаг ко мне. – Что за поведение? Ты с ума сошёл?
Я завел Лилю за угол и низко склонился над ее ухом:
– Скажи маме, что ты торопишься, – мазнул по лицу жестким взглядом.
Лиля сглотнула, но она кивнула. Послушная девочка.
В этот момент мама выбежала в коридор с полотенцем в руках. Она смотрела на нас округлившиеся глазами.
– Мне... мне правда пора, Ольга Станиславовна, – её голос дрожал. – Спасибо за чай.
Мама выглядела растерянной, но кивнула.
– Хорошо, дорогая, – тихо сказала она. – Приходи ещё.
Приходи ещё, блять…
Я тащил Лилю через коридор, не обращая внимания на её попытки вырваться. Мы вышли на крыльцо, и я открыл дверь машины.
– Садись, – бросил я.
Она посмотрела на меня, её губы дрожали, но она села. Я обошёл машину, сел за руль и завёл двигатель. Мотор взревел, и мы рванули с места так, что Лилю вжало в сиденье.
Мы молчали, пока я выезжал со двора. Лиля сидела, скрестив руки на груди, и смотрела в окно. Её подбородок был чуть приподнят – она дулась на меня.
Похуй. Она сама напросилась, ее никто не приглашал. Сама припёрлась в мой дом, сама села за стол с маминой чашкой и строила из себя идеальную невесту.
Я сжимал руль так, что костяшки побелели. Внутри всё кипело. Ярость, боль, разочарование – всё смешалось в один огромный ком, который раздирал меня изнутри.
– Что это было?! – заистерила Лиля, вырывая меня из мыслей. Её голос был визгливым, неприятным, как скрежет ногтей по стеклу. – Марк, ты что, с ума сошёл? Ты поставил меня в очень неловкое положение перед Ольгой Станиславовной!
Как будто у нее еще будет возможность распивать чаи с моей мамой.
Я бросил на неё короткий, ледяной взгляд и жёстко осадил:
– Какого чёрта ты приехала?
Она медленно повернула голову ко мне, её глаза блестели от слёз.
– Ты сам назначил мне встречу, – её голос был холодным. – А потом не пришёл. Вот я и приехала сама. Что, по-твоему, я должна была сделать? Сидеть и ждать, пока ты соизволишь появиться?