– Чёрт… – выругался он, нахмурившись.
– Что такое?.. – я подняла на него глаза.
Его глаза нашли моё лицо, и в них на секунду мелькнуло что-то похожее на досаду.
– Мне нужно отойти. Я ненадолго. Ты пока располагайся.
Он наклонился, поцеловал меня в щеку и вышел. Дверь за Рафаэлем захлопнулась, и я осталась одна.
Я рассеянно кивнула, хотя он уже не видел, и прошла дальше. Ноги сами несли меня в основную комнату, и я замерла на пороге, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел.
Всё так, как я и предполагала.
Рафаэль решил устроить мне романтический ужин.
Большая двуспальная кровать была усыпана красными лепестками роз. Повсюду горели ароматические свечи: на тумбочках, на полу, на подоконнике, – их пламя дрожало, отбрасывая танцующие тени на стены, создавая интимное, почти удушающее настроение.
Воздух был густым от запаха ванили и сандала. На столике у окна – ведерко с шампанским и льдом, два хрустальных бокала. Клубника в шоколаде, сырная тарелка, фрукты, разложенные на серебряном подносе.
Воздух пузырями застрял в горле. Я топталась на одном месте, вросла в ковёр, не в силах сделать шаг.
Сегодня Рафаэль рассчитывал на секс. Это дураку понятно. Иначе зачем все
это?.. Лепестки, свечи, шампанское – всё для того, чтобы создать антураж, чтобы я расслабилась, чтобы я сказала "да".
Я не могла осуждать его. Он взрослый мужчина, который хотел близости со своей девушкой. Это нормально. Это естественно.
Только вот моё тело и разум приходили в ужас от одной мысли о сексе с ним. Меня трясло.
Рафаэль симпатичный парень. Из хорошей семьи. Образованный, галантный, умный. Он знает, какое вино заказать, какую музыку включить, как правильно держать вилку. Но он не для меня. У меня к нему ничего не лежит. Ничего. Ни искры, ни тепла, ни того самого, что бывает, когда смотришь на человека и понимаешь – вот он, твой.
Так бывает. Пальто, да не то. Красивое, дорогое, но не твоё. И сколько ни застегивай пуговицы, оно всё равно будет жать.
Не передать словами, как я чувствовала себя сейчас гадко! Предательницей. Неблагодарной тварью, которой подарили весь мир, а она морщит нос.
Но я ведь не просила, верно? Я не просила браслет за тысячу долларов. Я не просила номер в отеле с лепестками роз. Я обманула его? Может быть. Я скрыла случившееся с Марком – да, скрыла. Он обидел меня – да, обидел. Мы разошлись и остались квиты.
А вот это всё… Браслет, свечи, лепестки, шампанское – это он сам. Это его инициатива. Его выбор. Я не хотела. Я не просила и ничего не обещала.
Я подошла к туалетному столику, на котором стояло ведерко со льдом, и приложила к нему руки. Я стояла так несколько секунд, чувствуя, как холод проникает в пальцы. Потом приложила ледяные пальцы к горящим щекам. Я вся пылала – от мысли о том, что будет дальше.
Увидев балкон, я подошла к нему и раздвинула тяжелые стеклянные двери. Холодный ночной воздух ударил в лицо, и я жадно вдохнула, словно утопающая. Это была терраса с джакузи. Огромным, круглым, с пузырьками, которые уже начали подниматься со дна. Рядом – полотенца, халаты, бокалы.
Господи… Джакузи.
Он точно на что-то надеялся. Он был уверен. Он знал, что я скажу "да", потому что все девушки говорят "да", когда им дарят такое.
Во рту почувствовала вкус горечи. Я сжала перила так, что ногти впились в ладони.
Как только он вернётся, я всё расскажу ему. Всё. Что я не люблю его. Что я не готова. Что я, возможно, никогда не буду готова. Что между нами ничего не получится, потому что моё сердце уже занято – другим, тем, кто даже не пришёл на мой день рождения.
Пусть он будет в ярости. Пусть все будут думать, что я неблагодарная стерва. Парень для меня старался, а я брошу его прямо перед романтическим ужином.
Но я хотя бы не предам себя.
И в этот момент дверь номера щелкнула.
Он вернулся.
Глава 28
Глава 28
Варя
Дверь номера щёлкнула, и я вздрогнула всем телом, готовая произнести всё, что накипело. Я выпрямилась, собрала всю свою решимость в кулак, подняла подбородок:
– Рафаэль, послушай…
И замерла.
На пороге стоял Марк.
Весь в чёрном. Черная рубашка с закатанными до локтей рукавами, черные брюки, темные волосы слегка растрепаны, будто он прошёлся по ним пальцами. Его лицо было мрачным, тени под глазами глубокими, а взгляд... взгляд был таким, что у меня подкосились колени. Темный, тяжелый, голодный.
А в руках он держал огромный букет белых роз. Нежных, кремовых, с длинными стеблями. Такой большой, что за ним почти не было видно его лица.