Он никогда не упускал возможности подцепить меня, кольнуть или сделать какую-нибудь пакость. Ольга однажды узнала о его оскорблениях в мой адрес и попыталась отругать его, но Игорь сделал вид, что услышал маму, но оскорбления продолжались.
А Лиза всегда вставала на мою сторону, не смотря на то, что они были двойняшки и у них была тесная связь.
В эти дни Игорь, к счастью, тоже почти не обращал на меня внимания. Он был занят своими делами – то пропадал с друзьями в спортзале, то сидел в своей комнате за компьютером. Иногда я ловила на себе его холодные взгляды, но он не цеплялся. Я думала, что он остыл и наша война закончилась.
Я ошибалась.
Это случилось в субботу утром. Я спустилась на кухню позавтракать. Ольга уехала по делам, Лиза спала после бессонной ночи за просмотром Нетфликс, Левушка смотрел мультики в своей комнате. Виктор был в кабинете. Я думала, что никого не встречу.
Я стояла у плиты, заваривала зелёный чай, когда услышала шаги за спиной.
– О, наша молчаливая гостья, – протянул Игорь, входя на кухню.
О, черт, снова он…
Он был в спортивных штанах и растянутой футболке, волосы взлохмачены, лицо сонное, но глаза уже горели привычным холодным огнём.
Я не ответила. Просто взяла кружку и сделала шаг к выходу.
– Стоять, – сказал он, и я замерла.
Он подошёл ближе и остановился в проёме, загораживая выход. Я поняла, что он не даст мне уйти просто так.
– Слушай, – сказал он, разглядывая меня с ленивым презрением. – Ты когда-нибудь говоришь? Ну, как нормальный человек? Или у тебя голосовые связки атрофировались за эти месяцы? Ты же целыми днями молчишь. Мычишь как корова. Только «да» и «спасибо». Противно слушать.
Я поставила кружку на стол и медленно повернулась к нему. Я не торопилась, давая ему время насладиться своей "победой". Потом я скрестила руки на груди и посмотрела на него с лёгкой, почти задумчивой улыбкой.
– Игорь, – сказала я тихо, почти ласково. – Ты так стараешься меня задеть, что я начинаю верить: я тебе действительно интересна.
Он моргнул. На его лице отразилась растерянность.
– Чего? – переспросил он, но голос дрогнул.
Я пожала плечами, беря кружку обратно.
– Ты так много говоришь обо мне, так много думаешь, так внимательно следишь за каждым моим шагом... – Я сделала паузу, глядя на него с лёгким сочувствием. – Может, ты просто хочешь, чтобы я заметила тебя?
Игорь замер. Его лицо покрылось красными пятнами. Он не знал, что сказать.
– Ты... ты в своём уме? – выдавил он, задыхаясь от возмущения. – Я и ты?! Да ни за что на свете! Ты стремная! Мышь!
Я сделала шаг к выходу и остановилась в дверях, обернувшись через плечо.
– А что такого? – ответила я с той же дразнящей улыбкой. – Мама всегда говорила: когда мальчик дёргает девочку за косички, значит, она ему нравится.
– Я не… – пыхтит Игорь, но я уже не слышу его жалкие оправдания, наспех выбегаю из кухни.
Из угла резко кто-то выходит, я не успеваю сориентироваться и ударяюсь об чью-то грудь.
Замираю. Глаза вверх… Это Марк.
Кружка выскользнула из моих рук и опрокинулась прямо на его белую футболку. Жидкость растеклась по ткани тёмными пятнами, капая на светлый паркет.
На мгновение время остановилось. Он смотрел на меня с раздражением. Чистым, холодным, почти физически ощутимым раздражением.
– Прости, – выдохнула я. – Я тебя не заметила.
Он не дал мне договорить.
Марк молча стянул футболку через голову, и слова застряли у меня в горле.
Я смотрела на его торс и не могла отвести взгляд. Идеально очерченные плечи, рельефная грудь, твёрдые кубики пресса. И дорожка из тёмных волос, которая спускалась от пупка куда-то ниже, скрываясь за поясом спортивных штанов. Кожа была смуглой, с едва заметными шрамами – наверное, от старой травмы или операции. На левом боку я заметила небольшую татуировку, но не успела разглядеть, что на ней изображено.
Он был красив. Чёрт возьми, он был не просто красив – он был идеальным. Опасным. Хищным.
Моё дыхание сбилось. Сердце забилось где-то в горле, и я почувствовала, как кровь приливает к лицу.
Я пялилась на него. Откровенно и бесстыдно. Не в силах отвести взгляд.
Марк перехватил мой взгляд и посмотрел на меня с холодной насмешкой. Он знал, что я смотрю. И ему, кажется, это было неприятно.
– Насмотрелась? – спросил он сухо.
Я вздрогнула, как от пощёчины. Злость, смешанная со стыдом, обожгла меня изнутри. Я подняла глаза и встретила его холодный, насмешливый взгляд.
– Да было бы на что смотреть…
Внезапно он схватил меня за локоть, отчего чай в кружке окончательно выплеснулся на пол и потащил в сторону. Марк завел меня в укромное место под лестницей, а я не смогла ничего сделать: