Хмыкаю и осушаю стакан одним большим глотком. Официант, читая мои мысли, ставит передо мной новую порцию пенного.
— Лучшие друзья, значит, — закатываю глаза. — И кто в кого влюблен?
— Похоже, ты меня не услышал.
— Да услышал. Просто понять не могу, если ты на нее не претендуешь, чем я уже тебе не угодил?
Не знаю, почему, но с ним разговаривать гораздо проще, чем с Зубом, хотя с Игорем мы дружим с младших классов, а этого Юру я толком не знаю. Возможно, дело в том, что я не чувствую никакого лицемерия. Похоже, громила привык выкладывать начистоту то, что думает.
— У тебя под глазом фонарь горит, — улыбаясь, говорит Юра.
— И что? — хмурю брови я.
— Да то, что тебе буквально полчаса назад разукрасили физиономию из-за того, что ты приставал к чьей-то бабе! — качает головой Юра и допивает свое пиво, косясь в мою сторону. — Саша заслуживает быть единственной.
Не знаю, как ему сказать, что после того, как все мои мысли заняла Дятлова, никто другой мне не интересен. Готов поспорить – прозвучит это неправдоподобно.
— Я о-очень сомневаюсь, что ты изменишься, — добавляет он, глядя мне в глаза. — Даже не начинай об этом. Не спорь, ты – хреновый кандидат в ухажеры. Так что…
— Моя мать изменила отцу, — обрываю я его, взболтнув пиво в кружке. — И родился я. Папа ее простил и принял меня, как родного. Вскоре родители попали в автокатастрофу и умерли. Меня взяла к себе бабушка – мать отца. А ее методы воспитания… специфичны. К чему я это всё говорю, Юр. В моей жизни не было никого, кто был бы для меня действительно важен, пока не появилась Саша Дятлова. Ты можешь пытаться со мной говорить, можешь меня бить или наставлять на истинный путь сколько влезет, но я не отступлюсь от единственного человека, который мне небезразличен.
— Вот это да… — протягивает здоровяк. — Не знаю, что и сказать.
— Скажи, что не будешь лезть в наши отношения.
Он усмехается и несколько раз проводит большим пальцем по щеке.
— Не привык врать, — с улыбкой говорит он.
Несмотря на то, что он не отступает, мы проводим неплохой вечер за разговорами. Мне даже нравится, что у Саши есть такой защитник. А к концу вечера я почти уверен, что он не испытывает к ней романтических чувств, и все становится совсем хорошо.
Заходя в дом, я мечтаю завалиться в постель как можно быстрее, но моим планам не суждено сбыться. В гостиной меня ждут два человека, которых я никак не ожидал увидеть вместе. По ледяным глазам Луизы я немедленно понимаю, что мне не поздоровится. А когда с кресла, стоящего ко мне спиной, встает Марина Скворцова и натянуто мне улыбается, догадываюсь, почему.
Глава 17. Саша
Где же этот дурак? На звонки не отвечает, на смски тоже. Шумно. Барменша вопросительно на меня поглядывает, но я делаю вид, что очень занята собственным телефоном. По своей воле я бы сюда, конечно, не пришла, поэтому на меня накатывает новая волна гнева на Солнцева. Раз уж заманил меня в этот модный гадюшник, мог бы хотя бы не опаздывать!
Ко всему прочему, куда бы я не посмотрела, мне везде мерещится дурацкий Туманов. Наверняка он где-то тут. От мысли, что в любую секунду я могу случайно с ним столкнуться, по позвоночнику пробегают мурашки. Снова проверяю телефон – от Юры ни ответа, ни привета. Разворачиваюсь и быстро двигаюсь к выходу.
Он объявляется через три часа, когда я уже улеглась в кровать. Звонит на мобильник и странным голосом требует открыть дверь.
Юрка стоит, прижавшись лбом к холодной стене, выкрашенной бледно-зеленой краской, и еле заметно покачивается. Скрещиваю руки на груди и закатываю глаза.
— Ты пьян. Офигеть можно, ты продинамил меня потому, что нажрался?!
Он отлепляется от стены и сонно мне улыбается. Я таращусь на его лицо круглыми глазами. Скула Солнцева рассечена, на губе ссадина, перевожу взгляд на руки – и точно, разбитые костяшки. Не успел вернуться в родные края, уже получил по морде.
— С кем? — быстро спрашиваю я, затем нервно запускаю руку в волосы. — Ты и Туманов? Господи! Ну зачем?
— Может, впустишь? — Солнцев жалобно выпячивает губу, и я, громко вздыхая, жду, когда он преодолеет порог.
— Пойдем, горе мое, обработаем твои боевые ранения.
В медицинский, что ли, податься? У меня вроде как уже и опыт есть с этими остолопами.
— И долго мне ждать? — спрашиваю, вытаскивая из упаковки очередной ватный диск.
— Из тебя выйдет такая ворчливая жена! — говорит Юра с усмешкой.
— А из тебя выйдет муж-алкаш, — парирую я. — Это хуже.