— Ну может, ты и прав. Просто как-то спокойнее, когда ниточки уничтожены.
— Наши главные ниточки сейчас, небось, сидят в столовой Сортиледжио и набивают свои животы, — цедит сквозь зубы Крис, — а мы так и не решили, что будем с ними делать.
— Если они там сидят! — вставляю я свою мысль.
— Уверен, что сидят. Более того, уверен, что они нас совсем не ждут.
— Ну тут я не знаю, как правильнее поступить. Было бы все гораздо проще, если бы мы не были так давно связаны. Но вообще я уже говорил и повторюсь вновь. Ты лучше нас должен знать, что делать в таких случаях, в конце концов это ваши с Диком отцы крутятся в деле давно и прочно.
— Вот что ты снова перекладываешь на меня ответственность! — вскипает тут же друг.
— Не перекладываю, я всегда готов ее разделить с тобой, — прижимаю руку к груди. — но это не я мечтал проявить себя, чтобы папа понял, что чего-то стою, мои цели всегда были более прозаичными. Я просто не хочу, чтобы твои планы порушились из-за неосторожного действия.
Кристиан задумывается на некоторое время, а потом его лицо озаряет счастливая улыбка.
— Хм, я, кажется, знаю, что мы сделаем. По крайней мере, так точно поступил бы мой отец.
45
Заходим наконец в Сортиледжио, голодные, промокшие, злые. В общем день задался на славу.
— Интересно, если пойти в столовую постучаться к поварам, может, они нас накормят? — мечтательно протягивает Дейв.
— Ага, сейчас, разбежались, — хмыкает Крис. — Они уже либо спят здесь, либо дома спят. Рабочее время вышло. Они ж не рабы тебе.
— Эх, а дома всегда ночью накормят, — грустно вздыхает парень.
— А-хах, Дейв, завязывай, я всерьез беспокоюсь о тебе, — ржет Кристиан.
— Да норм, я норм.
Открываю дверь в нашу башню. А там картина маслом.
Воздух спертый, все насквозь пропахло алкоголем, в углу насчитываю три пустых бутылки из-под виски, какие-то бумажки валяются, остатки еды, музыка орет (и где они ее только нашли, академия не поощряет электронику в своих стенах). Но самое главное — это, прекрасная четверка, которая абсолютно не замечает нас.
Дик и Чарли позвали извечных любимых подружек-поблядушек Кэти и Брианну. И в данный момент те отплясывают перед парнями дикие пьяные танцы. Не знаю, возможно, изначально все задумывалось, как художественный стриптиз, по факту то, что я вижу сейчас перед собой, напоминает брачные танцы обезьян в сильном алкогольном опьянении.
— Ой! А-хахах, — сняв все-таки бюстгальтер, падает на колени Дика Брианна.
А следом валится и Кэти, напрочь запутавшись в собственных ногах.
— И меня что-то не держит вертикально, — смеется девушка, — все кружится, кружится. А как же хорошо, что теперь вы здесь только вдвоем будете жить, нет ваших дружков ханжей. Ик. Ой. А можно мы к вам переедем, минет по утрам будем делать, белок очень полезен. Хи-хих.
— Ты ненормальная? — ржет Дик. — Переезжай. Мне все равно, чем ты там питаешься.
— Так, ну все, налюбовались, — говорю и подхожу плотно к развеселившейся компании.
Хватаю обеих девок за загривок и силой поднимаю.
— Извините, дамы, сеанс окончен, добывайте себе пищу в другом месте.
— Ай! — взвизгивают обе и далеко не сразу понимают, что происходит, почему вдруг сменилась картинка перед глазами. — Ты кто?
Пьяно спрашивает Кэти.
— Совесть твоя, — цежу сквозь зубы. — Домой отправлю сейчас.
— Я не хочу домой! Мне здесь хорошо! — заявляет та. — Это мой дом родной теперь.
— Я так не думаю.
Заканчиваю бесполезный разговор и тащу обеих сопротивляющихся девушек на выход, прямо так, как есть, практически в чем мать родила. Мне абсолютно все равно, не пропадут как-нибудь.
— Выметайтесь! — строго произношу на прощание, выталкивая обеих прямо на пол и резко закрывая обратно дверь.
— Погоди! Ну вещи хоть дай!
О, да за что мне это!
Резко разворачиваюсь и собираю-таки валяющееся шмотье, кажется, что-то не их, а наших разлюбезных соседей, неважно, пускай сами разбираются.
— Прошу! — кидаю одежду прямо в лица пьяных шаболд. — И больше чтобы я вас здесь не видел!
И наконец фокусирую свое внимание на парнях.
А там поинтереснее. Дейв и Крис лупят, что есть мочи Дика и Чарли. Те и в трезвом состоянии не могли нам особо противостоять в драке, а уж сейчас и вовсе безвольные тела.
— Друзья! Не надо! Пожалуйста! Мы просто испугались! Это вы всегда смелые и сильные, а мы не такие! Мы так рады, что с вами, все хорошо! — причитают те в голос.