Выбрать главу

Зафиксирована аномальная скорость конвертации ресурса.

Доступ расширен.

Версия интерфейса обновлена.

Семён раскрыл надстройку. Так и есть. Заголовок изменился:

СИНХРОН v1.1

Пепел непонимающе моргнул. Толку от этих циферок?

— Ну… ладно. — Он криво усмехнулся. — Шишки что-то поправили.

Как патч. Как обновление. Как “вышла новая версия”. Никакой мистики.

Семён откинулся и прилёг отдохнуть. Задремал.

Пробуждение вышло внезапным. Снаружи раздался мат. Послышался грохот железа. Пеплов мгновенно погасил свет и подошёл к бронестеклу. Улица была видна узким сектором — но этого хватало для обзора.

На перекрёстке стояли пятеро. Дубины. Ножи. Один держал старый пистолет — лёгкий, дешёвый. У всех мешки: железо, платы, хлам. И они ругались.

— Я сказал, это мой сектор! — зарычал здоровый в куртке без рукава.

— Твой сектор сдох вместе с твоей мамкой! — огрызнулся второй.

— Заткнитесь и не шумите, придурки! — окрысился третий.

— А ты нам рты не затыкай!

— Делим пополам и валим, пока дроны не ожили! — четвёртый попытался сгладить конфликт.

Пятый же не утолил свою жадность: пнул лежащий на земле терминал.

— Гляньте, платы живые!

— Забираем всё, потом разбегаемся! Заныкаем добытое и снова соберёмся!

Третий, самый нервный, оглянулся:

— Тихо как-то… стало…

— Тихо? Да тут всё сдохло! Сегодня наш день! — отмахнулся мародёр, возомнивший себя хозяином сектора.

Он расправил плечи, шагнул к бордюру и демонстративно наступил на трещину в бетоне. В ней что-то зашуршало. В ответ на браваду щель дрогнула. Из неё вырвалась чёрная волна.

— Чё за…

Тараканы выплеснулись не россыпью — плотным слоем, как согласованный рой.

— А-а-а! — мародёр отскочил.

Пистолет рванулся вверх. Дурацкое решение, принятое в панике. Храбрость “хозяина” как ветром сдуло. Он начал палить в массу и подвывать от ужаса — ведь внутри этой массы просматривалось человеческое тело. Трещина в бетоне лопнула шире, и из провала пролезло что-то крупнее. Ранее оно пряталось в канализации.

Выстрел. Выстрел.

Перед худым силуэтом взметнулась туча: тараканы слиплись, образовав живой экран. Пуля вошла в хитин и тела. Волна дрогнула, но не рассыпалась.

Ещё выстрел.

Облако сместилось синхронно — будто кто-то сдвинул его в сторону. Пуля ушла рикошетом.

— Они закрывают его! Они его закрывают!

— Жги их!

— Чем жги, дебил?!

Тараканы уже ползли по ногам. Многие были крупнее обычных. Панцирь плотнее. Неудивительно, что слабые пули они могли и принимать, и отклонять. Сотни лапок цеплялись, как крючья. Насекомые лезли под одежду, в ботинки, под ремни. Мародёры попробовали отбиться. Куда там.

Один замахнулся дубиной — волна накрыла его по пояс. Ножи тоже не помогли. Даже огнестрел оказался бесполезен. Истошные крики оборвались быстро.

Пистолет выпал. Насекомые забили ствол, пролезли в затвор. Больше выстрелов не последовало. Рой поглотил тела. Затем отхлынул. И только тогда из тени вышел худой. Вонючая куртка. Обросшее лицо. Дёрганые движения — но взгляд уже не пустой. Жадный.

Семён узнал его: тот самый бомж, которого он мельком видел у мусорки — ещё до встречи с Сарой. Тот, кто должен был “сдохнуть”. Но не сдох. Наоборот: приобрёл силу, но утратил себя.

"Босс насекомых" остановился посреди изувеченных тел и забормотал :

— Рудик… молодец…

— Рудик покажет… Рудик может ...

— Рудик выше… Рудик умней…

— Рудик ещё вернётся…

Несчастный словно цеплялся за имя, пытаясь удержать остатки разума. Золотистая пыльца от трупов потянулась к нему. Одновременно с этим бормотанием он опустился на колени рядом с убитым и положил ладони на грудь.

Хрустнуло.

Грудина треснула.

Рудик поковырялся внутри и вытащил ещё трепещущий, окровавленный ком — сердце. Раскрыл рот, будто пасть. Откусил . Облизнулся.