Выбрать главу

Ирма подошла поближе и вывела итоговую сводку. При таких повреждениях лечились не меньше недели. Даже в верхних ярусах. Даже с полноценным комплексом оборудования.

Здесь же прошли только двое суток. Девушка как раз смотрела на феномен быстрого излечения, когда здоровяк открыл глаза. Без рывка. Без судорожного вдоха. Просто открыл.

Крышка поднялась вверх, и мужчина медленно сел. Проверил корпус — плечи, грудную клетку, сделал лёгкий наклон вперёд. Движения были осторожные, но уверенные.

— Долго я провалялся? — поинтересовался будущий союзник после небольшой «гимнастики».

— Почти 48 часов, — ответила Мессала.

Мужчина кивнул и продолжил проверку своих возможностей.

Валерии импонировало его поведение. Без паники. Без лишних вопросов. Одним лишь своим присутствием этот человек внушал уверенность.

Пауза. Ирма чуть отступила к столу.

— Я тут подумала…

Он остановился и посмотрел на неё внимательно.

— Объявления администрации повторяются раз за разом. В самых различных формулировках. Где-то про помощь, где-то про регистрацию, где-то почти приказ.

Она сделала шаг к приёмнику и выключила прибор.

— Я собирала эфир, пока ты лежал в капсуле. Перехватывала гражданские частоты, служебные рации. И вот что узнала.

Валерия рассказала всё без утайки. Хитрить покамест было не в её интересах.

— И ещё. Это гетто. Сейчас они в большинстве своём просят. Позже будут облавы. Никто не станет ждать, пока нижние ярусы самоорганизуются.

Она посмотрела прямо.

— Моё мнение — нужно идти.

Здоровяк промолчал. Посмотрел на неё спокойно. Девушка продолжила, уже тише:

— Если придём сами — у нас будет хоть какая-то альтернатива. Если нас приведут силой — выбора уже не останется.

Семён подошёл к окну. Посмотрел на перекрёсток.

— Минусы есть? — кратко поинтересовался.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Сканирование. Проверка некого «контура». Я не знаю, что именно они измеряют. Но если подходишь — то отправляешься в учебный лагерь. Если нет — записывают в стройбат.

Пепел перевёл взгляд на приёмник.

— Ты не гуляла, пока я лежал. Молодец.

Валерия слегка покраснела от похвалы. Давненько её не хвалили вот так — прямолинейно и по делу. Под куполом вечно плели интриги.

Семён поднялся. Грудина отозвалась тяжестью, но терпимо. Затем разглядел свой рюкзак в углу и принялся чинить защитный костюм. Девушка ему не мешала. Не давила. Не просила принять решение. С такой можно идти в разведку.

Пока руки производили беглый ремонт, мозг работал. Семёну не давал покоя один факт. Тощий попытался добраться до мёртвых тел. Грузчик — тоже. Значит, внутри что-то есть. Или они просто «голодные»? Следовало проверить. Появлялась же из мертвецов золотистая пыльца. Быть может, и в самих трупах обнаружится что-то полезное.

Пепел привёл себя в порядок, поднялся и направился к шлюзу. Девушка пошла за ним.

— Открой. Мне нужно кое-что сделать.

— Что именно?

— Проверить одну вещь.

— Ты только восстановился.

— Это не опасно.

— Я с тобой не пойду.

— И не надо.

Состоялся скупой диалог. Шлюз щёлкнул. Мужчина вышел, а девушка осталась у бронестекла.

На улице по-прежнему никого не было. Семён достал из рюкзака нож — плотный, мастерской, с усиленной пяткой и изолированной рукоятью — и направился к бывшему бомжу. Худого легче было вскрыть. Пепел решил начать проверку с него.

Семён работал без спешки. Вспорол тощий живот. Поковырялся. В брюхе ничего интересного не было. Взгляд невольно упал на слишком крупную голову.

Семён сделал надрез в основании черепа. Углубил. Провернул лезвие. И вытащил тонкую светящуюся нить. Длинную. Плотную. Пульсирующую слабым светом.

Интерфейс активировался мгновенно.

⸻