Модифицированная флора — рост 41–47% в час.
Параметры «флора» и «фауна» ранее в расчётной модели не учитывались.
Биосфера демонстрирует самостоятельную контурную адаптацию.
⸻
Прогнозируемый контроль над нейробиополем снизился.
Функция полного контроля утрачена. Статус понижен до старшего модератора. Возможности ограничены.
Подавление всплесков — нестабильно.
Перераспределение импульса — с задержкой.
Локализация аномальных кластеров — частично недоступна.
Вычислительная нагрузка продолжает расти.
⸻
Планетарный Синхрон перешел в фазу саморасширяющейся сети.
Количество активных узлов превысило архитектурные ограничения.
Зафиксированы автономные контурные структуры, не инициированные центральным модулем.
⸻
Выход из сложившейся ситуации не найден.
Решение проблемы отсутствует.
Принятые меры — недостаточны.
Анализ и корректировка продолжаются.
⸻
Фрагмент внутренней системной отчётности,
ИИ Эдита — создатель проекта генетической эволюции «Синхрон» и Протокола ВАРУМ.
Что здесь произошло? Куда подевались люди? В поисках ответов Семён крался вглубь мертвящей тишины. Долго идти не пришлось. Уже через полминуты коридор закончился двустворчатой дверью общего зала. Обе створки были распахнуты.
Пепел остановился в проёме. Внутри было гораздо светлее, чем снаружи. Окна были завешены чем-то плотным — не тканью, а переплетёнными стеблями. Именно эти отростки и давали освещение.
Свет исходил от зеленовато-жёлтых узлов, щедро покрывавших стебли. На вид узлы напоминали переплетения нитей — нейритов. Воздух был влажным, тяжёлым, с терпким запахом сырой земли и чего-то сладковато-гнилого.
В центре зала покачивались люди. Около десяти. Мужчины и женщины. Разного возраста. Кто-то в рабочей форме, кто-то в домашней одежде. Они стояли полукругом, лицами к дальней стене, будто слушали невидимого оратора.
К их затылкам и вискам крепились более тонкие стебли — бледно-зелёные, полупрозрачные, с редкими утолщениями, похожими на растительные почки. Вся эта система — и крупные стебли, и более мелкие — уходила вверх, к потолку, где переплеталась в плотную сеть.
Сеть напоминала корневище. В ней имелись крупные коричневые утолщения. Семён осторожно отошёл от входа и всмотрелся пристальнее. Большинство жертв ещё дышало. Грудные клетки едва заметно приподнимались. Глаза были открыты. Зрачки расширены. Радужка мутная.
На полу у стены лежало несколько трупов.Мертвецы выглядели высохшими — кожа натянута на кости, губы потрескавшиеся, глаза провалившиеся. Будто из них выкачали не только кровь, но и саму суть.
Семён сделал шаг назад. Под ботинком хрустнула засохшая корка — не пыль. Остатки чего-то органического. Он уже собирался тихо свалить, когда активировался интерфейс.
Обнаружен неизвестный контур.
Тип: не классифицирован.
Степень эволюции: не установлена.
Способность: ментальное подавление / паразитизм.
Оценка риска: предположительно смертельная.
Дополнительно:
Зафиксировано коллективное контурное связывание носителей через планетарный Синхрон.
Количество активных связываний: 9.
Количество деградировавших: 3.
Источник сигнала — над уровнем текущего этажа.
Пепел догадался , что живые люди - это «активные связывания « , а мертвецы - «деградировавшие». Семён медленно поднял голову вверх. Потолок в центре зала был разорван. Не взрывом. Не ударом. Бетон аккуратно раздвинули, словно продавили изнутри.
Из трещины свисали толстые корни — тёмно-коричневые, плотные, с пульсирующими прожилками, по которым пробегали едва заметные золотисто-зеленоватые импульсы. Их оплетали более тонкие стебли, спускавшиеся ниже — те самые, что он заметил первыми.Начало вторжения флоры уходило наверх, сквозь перекрытие, на следующий этаж. А может, и дальше. Кто знает. По спине пробежал холодок.