Поломанный браслет вспыхнул тусклым золотистым светом, задрожал — и рассыпался пылью.Не осколками. Не пластиком. Пылью. Той же золотистой взвесью, только гуще. Она не упала вниз — втянулась обратно в него.
И тогда перед глазами вспыхнуло. Не на стекле. Не на металле. Внутри взгляда. Чёткие строки, будто выжженные на сетчатке:
Добро пожаловать в планетарный Синхрон.
Ваш интерфейс разблокирован.
Семён моргнул. Надпись не исчезла. Он стоял посреди мёртвых туш, среди медленно тающей золотистой взвеси, и смотрел в пустоту. Мир вокруг будто приглушился. Звуки стали отдаленными. Движения — вязкими. Пепел не сразу понял, что стоит неподвижно почти минуту.
— Эй! Ты чего замер?!
Слух вернулся к норме. Голос Сары прорезал воздух резко, почти истерично.
— Лезь назад! Пока ещё твари не набежали!
Семён медленно перевёл взгляд в сторону платформы. Вдалеке, у решёток и теней, уже что-то шевелилось. Нужно было решить, что делать.
Глава 6. Навстречу новому миру
Вдалеке, у решёток и теней, уже что-то шевелилось. Нужно было решать. И Семён решил. Платформа дрогнула, когда он закинул на неё ногу. Сара уже сидела у панели. Пальцы дрожали, но двигались быстро. Внизу, под проломленным уровнем улицы, кто-то кричал. Крик оборвался резко — будто его выключили.
— Поехали! — сорвалась она. — Ты видишь, что творится?!
Семён медленно поднялся на площадку.
— Куда?
Она обернулась. В глазах — злость и страх вперемешку.
— К Морту Кальдеру. Он держит оружейную. У него ангар. Стены, турели, металл. Потом к Дедушке Дрю. Он не откажет.
Марк молчал, вцепившись в край переноски.
Семён кивнул. На самом деле ему было всё равно, куда они поедут. Ему было безразлично, кто такие Морт и Дедушка Дрю. Ему нужна была пауза. Он уже решил — уйдёт. Но не сейчас. Сначала — понять и хоть немного разобраться.
— Я устал, — сказал он спокойно. — Нужен отдых. Дозакажи боекомплект.
— Пробовала! — почти истерично воскликнула Сара. — Ничего не работает! Сигнала нет! Все сервисы умерли!
Пепел кивнул ещё раз. Чего-то подобного он и ожидал. Перестройка мира не проходит без последствий.
Сара зло дёрнула рычаг. Платформа тронулась. Было видно, что она спешит. Боится. И боится не за себя — за сына.
Город внизу жил новой жизнью — резкой, нервной. Вдали полыхало белым, сверкала сварка, раздавались редкие крики и взрывы. Что-то рухнуло с верхнего яруса. Беспорядки только нарастали. И словно в подтверждение — из ливнёвки у края дороги выбрались новые крысы. Не такие, как раньше. Крупнее. Дёрганые. Глаза — будто стеклянные.
Сара невольно всхлипнула. Грызуны замерли. Подняли морды. Посмотрели на платформу.
На него. Семён не сдвинулся с места. Просто стоял и смотрел. Животные чувствуют опасность.
Крысы одновременно отступили. Развернулись и исчезли в темноте. Наверное, побежали искать очередных жертв. Ну и плевать. В этом мире всегда каждый был за себя.
— Они его испугались… — тихо сказал Марк.
И осел.
Сара рванулась к нему.
— Сын! Что с тобой?!
Мальчик больше не смотрел вокруг взрослыми глазами. Он сжался, как обычный ребёнок, и уткнулся в её плечо.
— Всё… всё, тихо… — зашептала она, укладывая его в переноску. — Сейчас доедем. Поедим. Наконец-то у нас есть деньги.
Она с опаской взглянула на мужчину. Не передумает ли? Не отберёт? Но тот выглядел действительно уставшим.
Семён сел у дальнего борта и закрыл глаза. Недавно ему дали интерфейс — как в играх. Но он был убеждён: вокруг не игра. Это жестокая реальность, где гибнут люди. А он, изгой и инвалид, почти труп, не только выжил — но и вырвался вперёд.
Такой вывод Пепел сделал из простого факта: ни Сара, ни Марк ничего подобного не получили. Иначе бы это проскользнуло в их диалоге .
Интерфейс открылся легко — стоило лишь пожелать. Перед внутренним взглядом возникли строки.