— Вы, — сказал Боливар делегатам муниципалитета, пришедшим сообщить ему о принятых решениях, — меня назначили генерал-капитаном и провозгласили Освободителем Венесуэлы. Звание Освободителя для меня ценнее, чем скипетры всех империй мира. Но вы должны иметь в виду, что и все другие офицеры и солдаты — участники славной кампании — тоже достойны звания Освободителей. Они, сеньоры, а не я заслужили отличия, которыми от имени народа вы хотите отметить в моем лице дела, свершенные ими. Я не смею без смущения взирать на оказанную мне честь, столь превышающую мои заслуги.
Боливар решил разделить эту честь с другими военачальниками. Он учредил орден «Освободителей Венесуэлы» и наградил им всех командиров отрядов, участвовавших в борьбе с испанцами. Орден представлял собой семиконечную (по числу венесуэльских провинций) звезду, на которой было выгравировано имя награжденного и слова «Освободитель Венесуэлы».
И все же положение в стране продолжало оставаться напряженным. В провинциях вспыхивали контрреволюционные мятежи. Среди республиканских командиров не было единства. Некоторые из них не подчинялись приказам Боливара или выполняли их неохотно и с опозданием. Мариньо все еще отсиживался в Кумане.
Черные тучи сгущались над Берегом Твердой Земли, предвещая новые тяжелые испытания.
ГИБЕЛЬ ВТОРОЙ РЕСПУБЛИКИ
Моя возлюбленная — Венесуэла, которую я ставлю превыше всего…
Окруженные могучей стеной девственного леса, от вечнозеленых холмов Каракаса до границ Гвианы, точно фантастический ковер, простираются необозримые венесуэльские саванны — льяносы. Они занимают огромную территорию почти в 300 тысяч квадратных километров.
Бесчисленные стада скота и табуны лошадей пасутся здесь круглый год под наблюдением пастухов — льянеро. Их вожак Хосе Томас Бовес, прозванный за свою свирепость и кровожадность Аттилой степей, стал самым беспощадным врагом патриотов.
Льяносы дважды в год меняют свой облик: то предстают обнаженными, словно песчаное море, то покрываются сочными травами, подобно альпийским лугам.
В льяносах дожди начинаются в апреле, чередуясь с сухой погодой. С июня по октябрь дождь льет беспрерывно. Реки выходят из берегов и затопляют обширные территории, прилегающие к Ориноко. В этот период скот сгоняют на невысокие плато. Когда животные съедают всю траву, их перегоняют на другой остров; причем часто им приходится проходить многие километры вброд по мелководью, прежде чем удастся добраться до сухого места.
В январе начинается засуха. Она продолжается до конца марта. Воды паводка постепенно спадают. Небольшие реки превращаются в цепочки болот и луж. Низкорослые деревца, образующие клочки кустарникового леса, теряют листву и стоят осиротелые, как и их собратья в зимнюю пору в умеренных широтах.
Солнце обугливает своими отвесными лучами зеленый покров, и на высохшей земле появляются расщелины, как будто после сильного землетрясения. Пресмыкающиеся, скрываясь от жары, зарываются глубоко в сухую глину и погружаются в спячку.
Наконец после долгой засухи наступает пора дождей, и лицо льяносов быстро меняется. Темная лазурь неба светлеет. Густые пары, подобно туману, распространяются мало-помалу до самого зенита. Дальние раскаты грома извещают о приближении дождя. Но вот и первый ливень. Животные вновь расходятся по льяносам, радуясь жизни.
Тяжела и беспросветна жизнь льянеро. Их убогие хижины — атос, сплетенные из тростника и покрытые звериными шкурами, отстоят друг от друга на десятки километров. Между ними блуждают в степи бесчисленные стада одичалых быков, лошадей и мулов. Рассеянные небольшими группами по огромной территории, льянеро круглый год трудятся на помещика, который прожигает жизнь в городе. Среди льянеро много негров, мулатов, метисов, но есть и белые — канарцы, испанцы и креолы. Рабы и свободные живут в одинаково тяжелых условиях. Постелью им служат шкуры быков, сиденьем — черепа лошадей или кайманов, часами — петух, часовым — собака, посудой — высушенная тыква — тотума.
Рабочий день пастухов начинается с восходом солнца — в три часа утра и кончается в семь вечера, когда льянеро принимает единственный раз за день пищу — кусок жареного мяса без соли и хлеба. Вокруг шалашей валяются остатки туш, кости лошадей и коров, распространяя неописуемое зловоние.
Льянеро ходит босиком, ноги его всегда гноятся и кровоточат от многочисленных ссадин, царапин и укусов насекомых. Одеждой ему служат короткие штаны и рубаха, вернее, клочья того и другого, еле прикрывающие его мускулистое, покрытое как бы дубленой кожей тело.