Когда он отстранился, я всё ещё чувствовала, как сердце пытается догнать дыхание.
— Ты поцеловал меня, потому что боялся, что умрём? — прошептала я.
— Нет. Я боялся, что не успею.
Сирены где-то вдали. Всё ещё шум. Но мы уже были в тишине. Внутри.
Я не знала, что будет дальше.
Но теперь у меня не было сомнений, кто он. И кем я становлюсь рядом с ним.
? Глава 11 — Всё, что тишина не сказала
От лица Виктора Кейн
Я открыл перед ней пассажирскую дверь. Она села молча.
Не испуганная — собранная. Слишком собранная.
И я не мог решить, хорошо это или слишком опасно.
Я сел за руль.
Завёл машину. В салоне раздался мягкий гул двигателя, но между нами всё ещё царила тишина.
В этом звуке было больше правды, чем в любых фразах.
— С тобой всё в порядке? — спросил я, не отрывая взгляда от дороги.
— Физически — да. Морально… не уверена.
Ты часто устраиваешь перестрелки после рабочих встреч?
Я усмехнулся. Сухо.
— Обычно стараюсь этого избегать. Но сегодня — исключение.
Ты оказалась не в том месте, не в то время.
— Или как раз в том, — сказала она тихо. — Просто не с тем человеком.
Я посмотрел на неё краем глаза.
Но она не смотрела на меня. Только в окно. Руки вцеплены в подлокотник.
Как будто не знала, держится ли за что-то — или хочет оттолкнуть.
— Это было глупо, — сказал я. — Я не должен был тебя втягивать.
— Но ты втянул.
Она повернулась ко мне, и в глазах был не страх.
Разочарование? Нет.
Боль? Возможно.
Но точно — понимание.
— Эйва…
— Я поцеловала тебя. Или ты меня. Это не важно.
Важно то, что всё, что было на поверхности, — разрушено.
Теперь осталась только правда. И ты должен мне её сказать.
Я притормозил у её дома. Мотор заглох. Но напряжение не исчезло.
Оно только сгустилось.
Я повернулся к ней.
— Я не играю. Я не флиртую. И я не ищу, как бы сбежать.
Да, у меня есть сеть клубов, кинотеатров, бизнесов — всё официально.
Но за этим — есть другое.
Территории, люди, деньги. Решения, которые не проходят через суд, а решаются на крыше или в подвале.
Я не один из них. Я — тот, кто их ведёт.
Она молчала.
Я не знал, что страшнее — слова или её тишина после.
— Значит, ты — глава.
— Глава того, о чём не говорят открыто.
— Ты боишься, что я уйду? — спросила она.
Я выдохнул.
— Нет.
Я боюсь, что ты останешься.
Потому что если останешься — назад уже не будет.
Она медленно обернулась.
И только тогда наши взгляды действительно встретились.
— Я архитектор, Виктор. Я умею строить даже на руинах.
Если ты думаешь, что это разрушит меня — ты ошибаешься.
Я не удержался. Склонился ближе.
— А если разрушу себя?
— Тогда ты узнаешь, что я умею строить не только дома. Но и тебя.
На мгновение всё замирает.
Мы близко. Очень. Но не касаемся.
И я знаю — если сейчас сделаю это снова, то всё изменится окончательно.
Именно поэтому…
Я выпрямляюсь.
В голосе — только сталь:
— Тебе нужно отдохнуть.
— А тебе? — спрашивает она, выходя.
— Мне — перестать надеяться, что ты уйдёшь.
Она закрывает дверь.
Я остаюсь в тишине машины.
Снаружи — ночь.
Внутри — тишина, в которой уже никто из нас не тот, кем был до этой поездки.
Хочешь, я теперь сделаю короткий отрывок для TikTok — может, тот момент в машине, когда она говорит, что умеет строить даже на руинах?
? Глава 12 — Первые трещины
От лица Эйвы Хард
Утро наступило слишком рано.
Всё тело ныло от напряжения — как будто не перестрелка, а марафон.
Я смотрела в потолок, не двигаясь.
Ночь не принесла покоя. Только тревожные тени за окном и воспоминание о голосе Виктора в машине.
“Если ты останешься — назад уже не будет.
А я осталась.
И, кажется, не потому, что была смелой.
А потому что он смотрел на меня, как на что-то большее, чем просто дизайнер.
На объекте мы встретились с Мирандой и Луисом. Илона опаздывала, как всегда.
Шеф — Гаррет — был сосредоточен, но его взгляд часто возвращался ко мне.
Что-то он уже знал. Или догадывался. И это пугало меня больше, чем перестрелка.
— Всё в порядке? — спросила Миранда, водя пальцем по голографическому планшету.
— Более-менее. Просто устала.
Она прищурилась:
— От работы? Или от чьих-то красивых глаз и мрачных секретов?