— О боже… — шепчет она, как будто между нами установилась какая-то связь. — Мне нужно, чтобы ты меня выслушал, — строго говорит она. — Я понимаю, что на тебя влияют небесные явления. Что ты чувствуешь себя их заложником, что тебе кажется, будто ты ничего не можешь с этим поделать.
Я наклоняю голову.
— Откуда тебе это известно?
Она настойчиво продвигается вперёд, понемногу сближаясь со мной, пока её резко не останавливает наручник.
— Я твой терапевт, — говорит она. — Ты просто должен мне доверять, — Коллинз наблюдает за мной настороженным взглядом. Эти прекрасные серые глаза будто вскрывают меня изнутри. — Разве я не дала тебе все основания мне доверять? Пожалуйста, Орион. Просто… позволь мне помочь тебе.
— Чёрт, ангел… Как бы мне хотелось, чтобы ты могла, — выдыхаю я прерывисто.
— Это неправильно. В этом нет никакого смысла, — пытается она снова, и в её голосе звучит отчаяние. Она дёргает наручник, невольно привлекая мой взгляд к созвездию на её запястье.
Я прижимаю ладонь ко лбу, пытаясь унять давление, сдавливающее череп.
— Ты знаешь меня, — шепчет она. — Орион, ты знаешь меня. Мои надежды, мою страсть, помнишь? Пожалуйста, вспомни… — её улыбка дрожит, словно вот-вот поникнет. — Я Стрелец, который не умеет плавать…
— Вообще-то, нет, — отвечаю я, делая смелый шаг к ней. Большой палец едва касается тусклых звёзд, рассыпанных по её запястью. Желание обжигает горло, разгорается мучительная потребность хотя бы раз ощутить её вкус. — Ты родилась под Змееносцем.
Её лицо бледнеет, она медленно качает головой.
— Нет. Знака зодиака Змееносец не существует…
— Это созвездие, — поправляю я. — Тринадцатое вдоль эклиптики, скрытое среди более ярких звёзд. Астрономически точное, а не зодиакальное. За века небосвод сместился. В день твоего рождения Солнце находилось в Змееносце, — костяшки пальцев в перчатке почти благоговейно скользят по её щеке. — Но в тебе так много огня, маленькая лучница.
— Тогда не гаси его, — она прижимается к моей руке. Напряжённое молчание окутывает нас, а тихий стук дождя за куполом затихает, оставляя лишь ритм наших сердцебиений. — Твои глаза такие тёмные, Орион, — шепчет она, вглядываясь в меня. — Ты выглядишь так, будто не спал несколько дней, а это может усиливать навязчивые состояния. Одержимые идеи начинают сливаться с бредом, — её свободная рука ложится на мою, всё ещё лежащую у неё на щеке, голос дрожит. — Вот что это такое. Всего лишь бред, порождённый страхом.
Сжимаю челюсть, острая боль разрывает грудь.
— Боже, надеюсь, ты права. Надеюсь, я сошёл с ума. И… — я придвигаюсь ближе, нависаю над ней и протягиваю руку к скотчу на столике, — …надеюсь, однажды ты простишь меня, ангел.
— Орион, нет… пожалуйста, — она извивается, отворачивает лицо, пытается оттолкнуть меня одной рукой. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Ты должен выслушать…
Её пальцы впиваются в мою рубашку, и я стону, запрещая себе испытывать извращённое удовольствие от того, как её ногти царапают кожу. Я сжимаю её подбородок, силой поворачиваю её лицо к себе. Стиснув зубы, отрываю полоску скотча и заклеиваю ей рот.
— Обещаю, — хрипло шепчу я, прижимаюсь нежным поцелуем к скотчу, наслаждаясь теплом и изящным изгибом её губ под ним. — Я вернусь за тобой.
Хватаю её за запястье, стискивая челюсти, отстёгиваю наручник от перекладины. Она яростно бьётся в моих руках, пока я свожу её руки вместе и защелкиваю наручники на обоих запястьях, фиксируя их по разные стороны от регулировочного колеса. Последний щелчок эхом отдаётся в моей решимости, грозя её сломить.
Я медленно отстраняюсь, смотря в её глаза — полные слез, пылающие. Живые. Я полон решимости, чтобы в них всегда горел её прекрасный, огненный свет.
Даже если мне придется броситься с самой высокой скалы, чтобы её сердце продолжало биться…
Я сделаю этот шаг.
Символ Ψ (пси) выступает связующим звеном между изучением внутреннего мира и внешней вселенной. В психологии он обозначает psyche (разум, душу). В физике этот символ олицетворяет волновую функцию — математическое описание квантового состояния частицы. Одна и та же греческая буква охватывает как изучение разума, так и фундаментальные строительные блоки космоса.
19
СИЗИГИЯ
Соединение короля и королевы, высшая сизигия, — это превосходный пример союза противоположностей.