Я издаю смешок, не в силах сдержать веселье. Значит, это Коллинз настояла на том, чтобы Лео перевёл исследовательскую группу в другое место. Интересно, понимает ли она, что он соглашается на её условия по той же причине, по которой соглашается на мои, — чтобы в итоге получить желаемое.
Внезапная мысль о том, что Коллинз, возможно, пытается использовать его в своих целях, пробуждает во мне любопытство, и я постукиваю пальцами по шлему.
— Доверять? Я знаю лишь то, что ты Стрелец и не умеешь плавать.
Но, произнося это, я чувствую, что слова лживы. Даже в космической пустоте одна разрушительная сила узнаёт другую. У каждой частицы есть двойник с противоположным зарядом. Когда они встречаются, происходит аннигиляция — мгновенно, необратимо. Этот процесс жестокий и неудержимый, стоит ему начаться.
Коллинз убирает зонтик в портфель, скрещивает руки.
— Значит, тебе нужно знать каждую мелочь моей жизни, чтобы составить мнение, доктор Найт?
— Не каждую мелочь, — произношу я, усмехаясь. — Только твои надежды, мечты. То, чего ты жаждешь от жизни больше всего.
— О, так это всё? — она насмешливо склоняет голову. — Больше всего я хочу, чтобы ты позволил мне выполнять свою работу.
— Без меня это будет непросто.
— Очевидно, — бормочет она. — Именно поэтому перевод твоих сотрудников будет временным, на период оценки.
Я провожу рукой по губам, скрывая улыбку.
— Твоя попытка давления… возбуждает.
Она выпрямляется, принимая строгий вид.
— Это противоречило бы моей этике.
— А твоя этика — непогрешима.
Она одаривает меня той порочной, греховной улыбкой, которая впервые пленила меня и от которой у меня перехватило дыхание прямо в лекционном зале.
— Безусловно.
В напряжённом воздухе между нами витает желание узнать, насколько далеко она готова зайти. Это опасное искушение обрушивается на меня, как сокрушительная тёмная волна.
И снова я задаюсь вопросом: почему её имя высветилось на экране? Несколько дней подряд я просматривал код в поисках какого-то сбоя в данных, какого-то скрытого искажения, из-за которого её имя проскочило.
Но ничего не было. Коллинз отличается от остальных. Факт, подтверждённый моим алгоритмом, который выделил её жирными буквами:
АНОМАЛИЯ.
— Я впечатлён, — говорю я. — Заставляешь меня пройти консультацию, используя обсерваторию как шантаж. Разумеется, в рамках этики.
— Ладно, мы знаем, как бы ты поступил в этой ситуации. Хоть я и получила бы удовольствие, ударив тебя, я серьёзно говорю, что хочу помочь, Орион.
Господи. Теперь я думаю о том, как мог бы доставить её удовольствие.
— В вас проглядывает склонность к насилию, доктор Холбрук.
Она игнорирует мой провокационный выпад:
— Послушай, даже если тебе удастся добиться моего отстранения, Бэннер просто пришлёт другого специалиста. И этот человек, возможно, не будет учитывать твои интересы.
— А ты, значит, будешь.
— Да, — твёрдо отвечает она. — Конфликт между тобой и доктором Прескоттом нельзя оставлять без внимания. Оценочная консультация может растянуться на недели, а то и на месяцы. Всё это время обсерватория будет полностью в твоём распоряжении. Возможно, даже дольше, зависит от итогов, — на её губах расцветает хитрая улыбка. — Повторяю, оценку я так или иначе завершу. Но тебе выгоднее сотрудничать со мной. Итак, доктор Найт, вы дадите мне то, что нужно?
Да, чёрт побери, и даже больше.
Со стоном я отпускаю сцепление и откидываюсь на спинку сиденья. Я никогда ещё не был так возбуждён из-за нотаций. Смирившись со своими мучениями, я смотрю на часы.
— Ты хочешь мне помочь.
Она коротко кивает:
— Да.
— Как насчёт прямо сейчас?
Её тонкие брови удивлённо сходятся на переносице:
— Сейчас?!
— И это должно произойти в месте, которое выберу я.
Она прикусывает губу.
— Ладно.
Поддавшись внезапному порыву, я протягиваю ей шлем, и на моих губах медленно появляется улыбка.
С её губ срывается нервный смешок.
— О нет. Только не это.
— Ты согласилась, — говорю я, и в моём тоне звучит откровенный вызов.
Это всего лишь мгновение, но на её нежных чертах появляется что-то похожее на боль, прежде чем она откидывает волосы с плеча.
— Но не на то, чтобы садиться на твой мотоцикл.
— Уже сдалась? — я опускаю шлем. — Жаль. Думал, в тебе побольше огня, лучница11.
Она проводит пальцем по звёздным точкам на запястье, и в глубине её глаз вспыхивает дерзкий огонёк.