– Ладно, нам с тобой не о чем разговаривать. Мне пора. Меня уже ждут.
– Подожди!.. – Сергей остановил меня, не давая выйти из машины. – Документы. Ты их просила, я их тебе отдаю. – Он протянул мне папку. – Там деньги. Не потеряй.
– Ты же сказал, что они на работе.
– В этот раз я действительно соврал. Забирай.
– Наконец-то!.. – я с облегчением обняла папку, прижав ее к груди.
– У меня есть еще одно условие.
– Какое?!
– Я продолжаю тебя навещать. Я хочу знать, что у тебя все в порядке.
– Я не могу.
– Почему?
– Ты мне никто. И я тебя не люблю!..
– Полюбишь. Деваться тебе некуда. Я документы отдаю, потому что ты попросила, а это очень для меня важно. Просто… я хочу быть рядом… всегда. И я думаю, со временем ты меня поймешь.
59
– Опять ты! Что на этот раз?
В тот день я вернулась в больницу, прижимая заветную папку с документами. Мне было радостно на душе, ведь я добилась чего хотела. Как только Инна Маратовна объявилась на втором этаже, я торжественно вручила ей свои документы.
– Сергей мне их сегодня отдал. Вы можете их попридержать?
– Все хорошо?
– Ага. Все просто отлично!..
– Что ж, возвращайся в свою палату. Позже еще поговорим.
Прошло два дня, и Сергей снова нарисовался.
– Настюш, у меня к тебе ценное предложение. Я приготовил тебе подарок… точнее, два подарка, и хочу их вручить тебе лично… с глазу на глаз.
– Ты отдал мне документы, и теперь мне ничего не надо. Так что, спасибо, но в подарках я не нуждаюсь.
– Малыш… - мужчина стал более снисходительным. Он присел передо мной на корточки и улыбнулся, – пожалуйста, не отказывайся, я это делаю ради нас с тобой. Вот увидишь, тебе понравится.
– Сомневаюсь…
– Настюш…
– Ну что, Сережа? Я же тебе объяснила свою позицию. Почему ты меня не слышишь?
– Я люблю тебя…
– И что?
– Возвращайся ко мне. Я очень сильно страдаю без тебя. Я и дня не проживу без тебя!..
Он говорил таким нежным, ласковым голосом, и мне снова не удалось устоять: может быть, это такая тонкая уловка, возможно, это просто обман или самообман. Мне было трудно сказать что-либо, чувствуя, как крепкие руки поглаживают мою талию, сжимая ее все крепче.
Сергей не отводил от меня взгляда, терпеливо ожидая моего ответа.
Я на минуту задумалась: а что меня ждет с этим человеком? Любовь? Или сплошное страдание? Сейчас он нежен и ласков, а потом начнет поднимать руку, чтобы полностью подчинить себе. Все мужчины агрессивны в той или иной степени, просто дай повода выпустить свою агрессию наружу. Не зря же происходит так в жизни, что после штампа мужчина полностью меняется, превращаясь в лютого зверя. Возможно, и Сергей такой же, делая вид послушного котенка. Мне было сложно разобраться в нем до конца, разглядеть того дьяволенка, что сидит в нем.
– Порой мне кажется, что мною управляет дьявол, – произнес Сергей будто невзначай. – Он сидит во мне, не давая свободно дышать. Я чувствую, как он дергает за невидимые ниточки, подчиняя себе. Это сложно объяснить. Не зря говорят, что любовь – это химия. Гормоны могут сыграть злую шутку. Мне сорок лет, а я веду себя как подросток в пубертатный период. И мне становится стыдно. А сделать я ничего не могу, потому что я подчинен своему личному дьяволу.
Я не смела даже посмотреть на него, отвернувшись и покрываясь пунцовой краской. Мне становилось даже тяжело дышать, стоило ему заговорить нежным, томным голосом – вот он, секрет соблазнения: Сергей опускался до шепота, дразнящий мои уши, и продолжал гладить мою чувствительную кожу, заставляя ее покрываться мурашками.
– Ну так что, Настюш, ты поедешь ко мне?
Я хотела было сказать “да”, но все мое естесство воспротивилось, и я ответила:
– Нет.
60
Но даже после моего отказа Сергей не собирался сдаваться. Да, он был расстроен, и, если честно, мне на минуту показалось, что его это очень сильно разозлило – может, именно в эту минуту мужчина мог показать себя настоящим, не тем, что Сергей строил из себя все это время. Даже глаза заблестели от тщательно скрываемой злости. Я понимала, что мужчина очень обижен, и что ему нужно вылить свою обиду, но он просто молча ушел, бросив на меня пристальный взгляд.
Его маму, кстати, я видела очень давно: с тех пор, как ее выписали из больницы, Галина Сергеевна больше не появлялась в нашей с Сергеем жизни. Он говорил, что она уехала к себе домой. Что матушка не имеет привычки лезть в судьбу своего сына и не разбрасывается советами направо и налево. Галина Сергеевна просто тихий, спокойный, человек. По крайней мере, мне так показалось.