— Не стоит. Ты же знаешь, что даже если и удастся уйти, он найдет тебя. Только потом будет хуже, намного хуже.
“Если найдет”, — мысленно поправила его я, но вслух сказала совсем другое:
— Кажется, я не просила твоего совета.
— Если тебе станет легче, то вчера отец отправил Валерию в комнату и запретил ее покидать. Ей хорошенько досталось за своеволие. Думаю, она усвоила урок.
Нет. Мне не стало легче.
Как бы он ни злился на свою новую жену, это чувство было вызвано страхом за нее. В отличие от меня она здесь не пленница. Это не ее накачали наркотой, чтобы привести в беспамятство. Не ее удерживали здесь против воли.
Мне нечего ответить Валерию, поэтому просто молчу, не глядя на него. Осознав, что я не настроена говорить, он замолкает. Правда ненадолго.
Пройдя чуть дальше мы натыкаемся на сад, полный цветов, особенно роз. Я всегда любила розы. Когда-то давно мама даже посадила куст под нашими окнами, но он не пережил зиму… Еще одно напоминание о моей потере.
— Красиво, да? — Валерий улыбнулся, не замечая, что я будто окаменела, а остатки света в моих глазах погасли. Желудок скрутило узлом, вызывая тошноту, но я не шевельнулась. Этот запах… Эти проклятые цветы… — Отец специально вызвал садовника из столицы. Хотел тебя удивить.
— Удивил бы, пустив себе пулю в голову.
— Агния, ты еще многого не понимаешь, маленькая. Но твой отец не плохой человек и любит тебя…
Я резко остановилась, до боли вжимая ногти в ладони, и прошептала:
— Чудовища, вроде него, ничего не знают о любви…
— Прости, пчелка, ты что-то сказала? — переспросил он, но я только покачала головой.
— Давай вернемся в дом. Что-то я неважно себя чувствую.
— Конечно, пойдем.
Оказавшись в комнате, устало падаю на кровать. Интересно, я когда-нибудь выберусь из этого кошмара? Эй, кто там пишет мою судьбу? Я хочу начать всё с начала, перепишите. Надоело.
Многие, наверное, позавидовали бы мне. Девочка с золотой ложкой во рту. С детства все самое лучшее: одежда, игрушки, любое желание исполняется по щелчку пальцев. Когда-то я действительно была счастлива, а сейчас… Ладно, нужно прекратить жалеть себя. Ничего хорошего из этого все равно не выйдет. Главное что сегодня отец не мозолит мне глаза своим присутствием.
Через час в комнату входит домработница, кажется, ее зовут Лидией. Есть еще одна, но ее имени я не запомнила.
— Вы не хотите спуститься вниз? — спрашивает она, останавливаясь в дверях, — Обед уже готов.
— Нет, спасибо, — мне хватило вчерашнего ужина.
— Но дома никого нет. Ваш отец уехал в столицу на несколько дней, а… - она, видимо, подбирает слова. Боится. По глазам вижу, что боится сказать не так.
—А его жена?
— Никого нет. В доме только я и вы. — Ага, и еще несколько верных псов, охраняющих добычу.
Я какое-то время молу, раздумывая над ее словами, а затем киваю.
— Хорошо.
Чуть позже, сидя за столом, я едва ли насильно пихаю в себя еду. Чувствую, что что-то тяжелое не потяну, но овощной салат подойдет. Замечаю на столе мед. В нашем доме он был под запретом. В детстве мама очень испугалась, когда я, маленькая, залезла на стол и слизала мед с крохотной ладошки. Помню, как она всегда рассказывала эту историю с ужасом в глазах.
Что-то щелкает во мне, и в голове появляется опасная мысль.
А что, если попробовать? Пока отец в отъезде, появился шанс выбраться отсюда, пусть даже таким способом. Страшно, конечно. Помню, что сначала затрудняется глотание, а потом и дыхание. Затем отекают бронхи и наступает удушье.
Но я почему-то уверена, что они успеют меня спасти. На кону будет стоять не только моя жизнь, но и их, а в таких случаях люди способны на многое.
Не давая себе времени передумать, беру баночку с медом в руки, кручу, рассматриваю. Веду себя как идиотка, ну и пусть. Правильно Валера сказал, я еще слишком глупая и маленькая. Но не могу на месте сидеть и ничего не делать. Ждать пока отец вернется и начнет прогибать меня под себя, как всех в этом доме. А он начнет. Всегда добивается того, что хочет. И я тоже. Сам виноват. Его воспитание.
Чувствуя, как сердце ускоряется, беру ложку, окунаю ее в янтарную сладость и засовываю прямо в рот. Интересно, одной хватит, или нужно больше? Перестраховываюсь и закидываю еще одну, а следом еще одну. Лидия подходит ко мне, и я невинно улыбаюсь ей. Затем притворно хватаюсь за горло.